16+

Порт «Усть-Луга» поможет народу водь окончательно исчезнуть

10/10/2014

Порт «Усть-Луга» поможет народу водь окончательно исчезнуть

Прямо с трибуны Генассамблеи ООН президент Эстонии Тоомас Хендрик Ильвес заявил, что строительство порта «Усть-Луга» в Ленинградской области противоречит декларации ООН о правах коренных народов. А именно – угрожает сохранению народа водь, который всегда жил в этих местах.


       «Город 812» решил разобраться, что происходит с водью на его исконных землях. 

Исчезающий народ (это официальная классификация) водь  входит в группу финно-угорских народов. Водский язык  занесен в Красную книгу языков народов России. По официальным данным, вожан осталось 73 человека во всем мире. 64 из них проживают в России (33 – в Ленобласти, 26 – в Петербурге, это по переписи 2010 года), 9 человек – в Эстонии (по итогам переписи 2000 года).

Областные вожане живут в Кингисеппском районе – в деревнях Лужицы и Краколье (последняя теперь является кварталом поселка Усть-Луга), а также в Ручьях и Вистино. На территории Вистинского сельского поселения проживают также ижорцы.

В пресс-службе губернатора Ленинградской области уверяют, что строительство порта не несет угрозы для коренных малочисленных народов, поскольку их представители не поддерживают традиционного уклада жизни, не ведут традиционных промыслов и по образу жизни ничем не отличаются от остальных граждан. «Они полностью включены в современный экономический уклад, работают на предприятиях и в учреждениях, получают высшее образование и так далее», – говорит сотрудник пресс-службы областного правительства Ирина Матвиенко.

Таким образом, считает она, строительство порта должно не помешать, а, напротив, дать толчок развитию инфраструктуры поселения, повысить уровень комфортности проживания.

В частности, строительство Балтийского карбамидного завода (БКЗ) в промышленной зоне порта «Усть-Луга», вызывающее наиболее серьезные споры, также не несет угроз. «Для него были выбраны самые современные технологии и решения ведущих мировых производителей: замкнутые системы оборотного водоснабжения, исключающие попадание загрязненной воды в водоемы, системы водоочистки. БКЗ спроектирован не только в соответствии с российскими экологическими нормами и требованиями промышленной безопасности, но и с рекомендациями Хельсинского комитета, и с Директивой Европейского Союза по комплексному предотвращению загрязнений и контролю на побережье Финского залива».

И вообще, говорят в области, есть мнение, что комментарий эстонского президента связан с тем, что в результате запуска порта эстонская сторона понесет существенные убытки из-за сокращения оборота собственных морских портов.

Может, это, конечно, и так, но проблем сохранения культуры исчезающих народов это не снимает (см. комментарий).

Статистика

На территории Ленинградской области проживают представители пяти финно-угорских народов. Их численность по результатам переписи населения 2010 года:

Финны – 4366
Вепсы – 1380
Карелы – 1345
Ижора – 169
Водь – 33

Справка

В Ленобласти действует несколько программ поддержки коренных малочисленных народов. В том числе подпрограмма «Поддержка этнокультурной самобытности коренных малочисленных народов, проживающих на территории Ленинградской области», на ее финансирование в 2014 году выделено 14,5 млн рублей, в 2015 и 2016 годах должно быть выделено по 15,3 млн рублей в год.

В Ленинградской области работает Центр коренных народов, организация «Вепсария», «Общество води и ижоры», в Общественной палате создана комиссия по межнациональным и межконфессиональным отношениям.

В 4 районах области до конца 2014 года должны быть  разработаны программы, которые определят стратегию развития территорий компактного проживания малочисленных народов на период до 2025 года.

«У народов водь и ижора нет прав на использование территории. В этом корень проблемы»

Год назад при губернаторе Ленинградской области был создан совет по межнациональным отношениям, в который входят и представители коренных народов финно-угорской группы. Мы спросили у члена совета, руководителя Центра коренных народов Ленинградской области Ольги КОНЬКОВОЙ, почему вожан осталось так мало и может ли им навредить порт в Усть-Луге.

– Согласно переписи, в Ленобласти осталось всего 33 представителя народа водь. Почему так мало?
– Вопрос о численности неоднозначен. Очень много людей, у которых родители (или один из родителей) вожане, но будучи записанными в прежние времена русскими, они так себя и называют. Для определения численности народа нужно проводить специальные исследования. Многие люди даже не задумываются, кто они по национальности. Определение своей национальности, признание, что ты водь или ижора, требует большой внутренней работы. Практически весь XX век был направлен на ассимиляцию народов, на принижение национального самосознания. И это преодолеть очень трудно, это психологическая проблема. Некоторые просто забывали, кто они, а некоторые сознательно отказывались признавать себя водью.

Мы проводим просветительскую программу «Мобильная школа коренных народов» в различных деревнях Ленобласти, и постоянно находятся люди, которые сообщают, что их родители были вожанами или ижорцами, но они сами, не зная культуры этих народов, не зная истории, не гордятся этим. Язык, к тому же, тоже был репрессирован – детям в школе запрещали говорить на родном языке.

– А почему вепсов и карелов больше, чем представителей ижоры и води?
– Вепсам и карелам было легче. Во-первых, потому что они не попали под военное выселение. Водь и ижора вместе с ингерманландскими финнами с 1943 по 1944-й были выселены в качестве рабочей силы на территорию Финляндии. Вернуться в родные места после перемирия они не могли, и это отразилось на их собственном восприятии своей культуры. Вепсов и карелов никто не выселял, хотя у них были свои трудности. Но чем малочисленнее народ, тем сложнее ему противостоять трудностям.

– Нарушает строительство порта в Усть-Луге уклад жизни коренного населения?
– Любое промышленное освоение территории меняет структуру хозяйственных занятий, структуру населения, меняет самих людей.  Понятно, что промышленно освоение необходимо, но желание людей сохранить особенности своей жизни имеет не меньший вес. Основная проблема сложившейся ситуации – это неконтролируемый характер наступления промышленных объектов. Уже с 90-х создаются программы сохранения культуры коренных малочисленных народов на территории Кингисеппского района, но постоянные смены директоров промышленных объектов, подрядчиков, появление новых промобъектов привело к хаосу в вопросах регулирования взаимоотношений с коренными народами. Я считаю, что регулятором взаимоотношений строителей и местного населения должно выступать государство. Если бы оно изначально взяло на себя эти функции, то такой проблемы не возникло бы.

Очень большая проблема – неинформированность населения. Люди узнают, что на их территории что-то собираются строить, из каких-то газет, сообщений. Представьте, какую это создает нервную обстановку. А все потому, что отсутствует генплан развития территории.

Кроме того, хотя водь и ижора внесены в списки коренных малочисленных народов РФ, у них нет реальных прав. Права дает не закон о гарантии прав малочисленных народов, а законы, которые определяют порядок использования их территории. У нас эта правовая база разработана только для народов севера Сибири и Дальнего Востока. У народов водь и ижора нет законодательно подтвержденных прав на использование территории. В этом корень проблемы. Думаю, правительству Ленинградской области нужно выступать с некими законодательными инициативами в этой области. Нужно создать заповедные территории, в которых были бы сохранены старые постройки, традиционные элементы природопользования. Это совсем небольшие территории – в Усть-Луге это деревни Лужицы, Краколье. Пусть порт развивается – но в этом районе нужно сохранить и рекреационные, лесные зоны. Таких заповедников очень много на Западе.

– В совете есть представители коренных народов. Высказывался кто-то о  порте в Усть-Луге?
– Порт уже почти построен, поздно обсуждать, надо было его строить или нет. Теперь нужно искать пути взаимодействия. Да, конечно, строительство объектов различными организациями привело к определенной доле хаоса на этой территории – владельцы земли не особенно обращали внимание на коренные малочисленные народы. На будущее, значит, надо выработать систему.

Я знаю, что сейчас создана рабочая группа по  освоению территорий исконного поселения коренных малочисленных народов. Необходимо в эту группу ввести представителей самих этих народов. Потому что сначала нужно говорить с народом, а потом что-то строить на территории его проживания. Это даже вопрос взаимоотношений не с коренными народами, но с людьми в целом.
Например, в Норвегии на территории какого-то города нашли полезные ископаемые. И договорились с населением – город просто перенесли в другое место. Не было никаких истерик и недовольств. Так и должно быть.

– Как можно на практике сохранить культуру исчезающего народа?
– После XX века сохранилось очень мало. Поэтому преимущественно речь идет о ревитализации культуры и языка. Представители народов не знают, но хотят знать свой родной язык, свои обычаи, культуру. Тут мы сталкивается с новой проблемой – отсутствием специалистов. У нас готовят учителей вепского и карельского языков, но нигде не готовят учителей ижорского и водского. Затем, людям нужно давать право выбора – они сами должны решить, считать себя водью или ижорой или нет. Для этого они должны знать историю своего народа, чтобы этот выбор делать осознанно. А если людей в течение десятилетий лишали права на знание о своем народе, то, конечно, у многих сильно искажено национальное самосознание.

Это вопрос очень сложный, его не решить за год-два. Тут нужны усилия не только государства и общественных организаций, но и желание самих людей.                  

Анастасия ДМИТРИЕВА











Lentainform