16+

Как тяжело делать спортивные газеты

06/11/2014

Как тяжело делать спортивные газеты

Книжку Кирилла Легкова «Бойцы невидимого фронта: мемуары журналиста» я никак не мог обойти вниманием. Не только потому, что Кирилл – мой хороший знакомый. Но и потому, что сам являюсь персонажем этой книги.


         С Кириллом мы работали в одной спортивной газете. Моя должность называлась «рерайтер». Я переписывал чужие тексты. Тексты наших журналистов были не то чтобы плохи. Они были безобразны. При этом каждый автор считал себя гением.

Я нигде не встречал столько гениев. Даже когда работал в Госдуме. Каждый корреспондент мнил себя писателем. По меньшей мере – Гоголем. Гоголем, которого заставляют писать отчеты о футбольных матчах и биатлонных гонках.

Поэтому – по примеру «Мертвых душ» – отчеты превращались в поэмы. «Игра «Баварии» взорвалась всеми цветами радуги». «В пылу борьбы Аршавин сумел укротить кожаную сферу лишь задней ногой». Видимо, в пылу борьбы он успел еще и отрастить заднюю ногу.

Или, к примеру, про сборную Италии: «Словно Гарибальди, Марчелло Липпи спаял воедино своих макаронников».
– Не надо, – говорю, – называть итальянцев макаронниками.
– Почему? – удивлялся автор.
– Ты же не называешь американцев пиндосами.
Автор пожимал плечами:
– Мне еще не доводилось писать про американцев.

Легков учил, что заголовки должны быть яркими. Авторы старались. И выдавали, скажем, такое: «Рекорд в толчке».

Это не то, что вы подумали. Это в тяжелой атлетике есть две дисциплины – толчок  и рывок. В одной из них и состоялся рекорд.

До поздней ночи мы с Кириллом правили тексты. Он – спокойно, я – нервно. «Русский Иван задним рубежом крепок», – читал я очередной шедевральный заголовок.

Я – в отличие от мифического русского Ивана – не был крепок задним рубежом. Когда я читал, что шайба выскочила у хоккейного вратаря «из-под мышки», я вскакивал и начинал орать:
– Какая, на …, мышка! Уроды! Набрали по объявлениям!

На меня почему-то никто не обижался. Наверное, потому, что Кирилл был еще хуже. Он не кричал, но относился к работе чрезвычайно ответственно. Слишком ответственно. От этого страдали даже спортсмены.

Помню, пришел к нам человек устраиваться на работу. И, доказывая свою профпригодность, взял интервью у футболиста Семшова.

Кирилл прочитал интервью. Закрыл дверь. И сказал нам заговорщическим тоном:
– Мне кажется, он не брал этого интервью. Он его сам сочинил.
– Почему?
– Семшов говорит, что у него сегодня день рождения. Семшов не стал бы давать интервью в день рождения.
– Да ладно, – говорим мы. – Семшов – интеллигентный парень.

Кирилл взялся за структурный анализ текста.
Как вы празднуете день рождения? В кругу семьи. Что вам можно пожелать?  Пожелайте успеха моей команде. Какие планы на следующий год? Много тренироваться и приносить пользу моей команде.
– Человек не может так отвечать, – сделал вывод Легков. – Это выдуманное интервью.
– Они всегда так отвечают, – возражали мы.
– Так, да не так, – загадочно сказал Кирилл.
Включив громкую связь, он сам позвонил Семшову.
– Вам звонили из такой-то газеты? – спросил Кирилл.
– Да, – ответил Семшов.

Это напоминало звонок из какой-нибудь фирмы по ремонту компьютеров: «К вам приходил наш мастер? Вы довольны его работой?»
Легков не хотел походить на проверяющего.
– А я из другой газеты, – сказал он. И задал те самые вопросы, на которые Семшов уже отвечал полчаса назад.

Семшов ответил то же самое. Слово в слово. С одной только разницей. Полчаса назад он говорил, что собирается сесть за стол, а теперь сообщил, что уже сидит за столом, а мы его отвлекаем.
– Может, мы вам еще раз позвоним, – зачем-то сказал Кирилл.
– Лучше не надо.

Кирилл сидел нахмуренный.
– И все равно я прав, – сказал он. – Доверяй, но проверяй.
Не уверен, что Семшов был с ним согласен.

А интервью, по-моему, так и не напечатали. Сочли скучным. Извини, Семшов, за испорченный день рождения.

В общем, рассказывать о моей службе в спортивной газете можно долго. Только зачем? Зачем, если есть книга, в которой рассказы о нелегкой доле спортивного журналиста занимают почти 200 страниц. Плюс фотографии. Плюс знание дела. Плюс типично петербургская самоирония.
Короче говоря, рекомендую.             

Глеб СТАШКОВ











Lentainform