16+

«У нашей власти есть одна любопытная фобия...»

22/04/2015

«У нашей власти есть одна любопытная фобия...»

Если анализировать психологию власти отечественной, то неизбежно наткнешься на одну любопытную фобию, присущую всем без исключения ее представителям. Это страх смерти. Не физической смерти, а "административной". Если бы каждый раз когда я слышал от политика\чиновника "я пришел надолго", мне бы давали рубль, я бы стал миллионером.


            Отрицание самой возможности "смерти", исключения из списка "живых" – находящихся у власти – краеугольный камень нашей системы. Никаких тебе "крутящихся дверей", когда ты можешь в любой момент сменить госадминистрирование на работу в НКО, образовании и бизнесе, чтобы когда дверь сделает еще кружок, вернуться в администрирование или публичную политику.

Только власть. И ничего более. И вот семидесятилетний дед Тулеев, похожий на карикатуру на себя же, зубами и когтями вырывает себе очередной срок, и вот создают пенсионную систему для "госслужбы", для власти особенную, чтобы сократить насколько возможно любые формальные ограничения для госслужащих.

Ткачев пересаживается на кресло министра – он не может быть просто уволен или отставлен даже на время, даже на минутку. Федоров из министров становится "помощником президента" – он тоже не может покинуть Систему.

Собственно, административная смерть в сегодняшней системе существует одна единственная (если конечно смерть настоящая тебя не настигнет) – посадка в тюрьму. Никаких других вариантов нет. Место в строю, раз оно нашлось один раз, будет бесконечно находится и далее. Выдумываются новые должности, создаются министерства, вице-премьерства , помощничества.

Почему так? Возможно, это следствие глубокой травмы чиновничьего сословия началом 90-х, когда вылететь из элиты можно было очень легко. Может, это следствие сознательной политики Путина, в которой главной опоре режима – чиновничеству – предлагается абсолютная защищенность в обмен на абсолютную, нерассуждающую, до растворения в начальстве – лояльность.

Но если говорить об адаптивности, способности системы к изменению, то конечно нужно дать возможность людям (а если не захотят – то и заставлять), покидать власть не на кладбище и не в тюрьму. "Выход из игры" должен быть одним из вариантов продолжения карьеры и жизни.

Хотя бы потому, что с каждым новым поворотом административного ворота, с каждым новым повышением, с каждой новой придуманной должностью (а к должности полагается ведь аппарат и функционал) система становится все более тяжелой, дорогой и неспособной работать на внешний результат.

Продуктом становится бумагооборот между помощниками, вице-премьерами, главами агентств, министрами и так далее. И надо четко понимать, что и на уровнях ниже происходит ровно тоже самое. Министерства в каждом регионе, управления, помощники губернаторов, департаменты и администрации – все это строится ровно по тем же подсмотренным наверху принципам.

Система воспроизводит себя, замкнувшись в своем мире. Этакая спора, яйцеглист левиафана: внутри идут бурные процессы, вовне – выглядит каменной стеной, монолитом. Главное качество – изолированность внутреннего от наружного.               

Глеб Кузнецов, рисунок newzai.ru





3D графика на заказ







Lentainform