16+

Борис Вишневский – о том, почему не правы те, кто защищает Чулпан Хаматову

26/05/2015

Борис Вишневский – о том, почему не правы те, кто защищает Чулпан Хаматову

Участники бурной дискуссии вокруг заявлений Чулпан Хаматовой, за редкими исключениями, поделились на две непримиримые группы.


               «Руки прочь от нее, она святая, ее травят те, кто не сделал в своей жизни и сотой доли того, что успела она, ради жизни детей можно сотрудничать даже с такой властью, сперва спасите хоть одного ребенка, а потом обсуждайте Чулпан», — с одной стороны. 
 
«Вступила в сговор с властью, заключила договор с дьяволом, посмотрев ее ролик в поддержку Путина, сто человек прониклись любовью к вождю и поехали воевать на Донбасс, где убили других сто человек и сами погибли, готова ли она отвечать за их смерть», — с другой стороны.
 
Не могу согласиться ни с теми, ни с другими. 
 
Ни с полемикой в стиле «а вы сами кто такие?», ни с обвинениями в «договоре с дьяволом». 
 
Для начала, договоримся о дефинициях. 
 
Сотрудничать с властью — обсуждать с ней проблемы, входить в образованные ей  органы, обращаться к ней с предложениями и просьбами, вместе с ней решать вопросы.
 
Поддерживать власть — сниматься в ее предвыборных роликах, выступать в ее поддержку в СМИ и на митингах, участвовать в ее избирательных кампаниях.
 
Это — принципиально разные поступки, которые нельзя смешивать (как это порой пытаются делать, выдавая первое за второе). 
 
Осуждать за первое могут только записные моралисты. Простой пример: ко мне часто обращаются, прося помочь с лечением детей и взрослых. Для того, чтобы помочь, я должен общаться с чиновниками, просить, убеждать, писать письма. Иначе невозможно решить проблему, ведь я — депутат, а не директор больницы. 
 
Со вторым – сложнее.
 
Допустима ли такая цена, как поддержка Путина на выборах, за строительство детской больницы, если учесть, что проводимая им политика ведет к потере куда большего числа жизней, чем будет в этой больнице спасено? 
 
Это вовсе не такой простой вопрос, как кажется. И, конечно же, это вопрос о цели и средствах, которые могут ее оправдать. Или не могут.
 
Очевидно, что на этот вопрос по-разному ответят те, чьего ребенка могут спасти в этой больнице, и те, чей ребенок был отправлен под видом «добровольца» на Украину, и не вернулся оттуда. Или погиб в бесланской школе. Или остался в затонувшем «Курске». Или задохнулся в театральном центре на Дубровке.
Но необходимо спросить: а кто заставляет платить такую цену? 
 
Кто ставит перед таким выбором? 
 
Путин? Он говорит, что детская больница будет построена только в случае, если просящий о ней снимется в ролике в его поддержку? А если не снимется – то больницы не будет? И потому спасти детей можно только снявшись в предвыборном ролике? 
 
Если прекрасная актриса и человек, много лет творящий добро, Чулпан Хаматова считает, что президент готов спасать детские жизни только при таком условии – это лучшая агитация против него. Потому что это означало бы, что она полагает его чудовищем. 
 
А если она так не считает – что скорее всего, — это значит, что выбор, о котором идет речь, никто не формулирует и никто не заставляет его делать.
 
Спорить о средствах, оправдывающих цель, можно только тогда, когда другими средствами этой цели не достичь. 
 
Что в данном случае вовсе не очевидно.                    
 
Борис ВИШНЕВСКИЙ, "Эхо Москвы" фото: newsmuz.com




3D графика на заказ

установка натяжных потолков в москве








Lentainform