16+

Как в Финляндии делают мигрантов из России настоящими финнами

05/06/2015

Как в Финляндии делают мигрантов из России настоящими финнами

Власти Финляндии проводят политику мультикультурализма, приветствуя иммиграцию из других стран. К 2030 году каждый пятый житель Хельсинки будет инофоном. Как финны и мигранты уживаются друг с другом? Легко ли стать русским финном? – узнал «Город 812».


         Национальность как секс

Спрашивать мигранта: «Откуда вы приехали?» – в Финляндии теперь не принято. Еще несколько лет назад  вторым вопросом, который  задавали приезжему, был: «Когда обратно?» Теперь так спрашивать тоже нельзя. Не политкорректно. Всех живущих в Суоми называют финнами, независимо от цвета кожи и языка, на котором они говорят.  Национальность – личное дело каждого, такое же, как секс. Власти приветствуют иммиграцию и готовы менять правила и традиции страны для удобства приезжих.

В 2014 году пятимиллионная Финляндия приняла более 30 тысяч newcomers: русскоязычные финны переводят это слово как «понаехавшие».  Поток мигрантов растет ежегодно на 10–20%. К концу 2014-го общая численность  newcomers в стране составила около трехсот тысяч человек. Больше всего, по данным Миграционной службы, приехало эстонцев, россиян, шведов, китайцев и сомалийцев. Самое большое количество видов на жительство в прошлом году получили россияне. На втором месте индийцы, на третьем – китайцы. Замыкают топ-5 стран, граждан которых приняла Финляндия в 2014-м, сомалийцы и украинцы.

Чтобы получить вид на жительство в Суоми,  нужно иметь убедительный повод. Такими могут стать: работа, учеба, воссоединение семьи, просьба об убежище. Первые три причины  являются самыми частыми основаниями для получения вида на жительство.

Убежище в Финляндии в прошлом году получили всего 1346 человек. Из них 366 граждан Ирака, 158 сомалийцев, 119 афганцев и 118 россиян.  С просьбой об убежище обращались также 206 украинцев, но получили его только шесть из них. Большая часть украинцев (873 человека) въехали в  Финляндию в качестве работников. В прошлом году их количество превысило даже количество приехавших на работу россиян.

Почему манго продаются зелеными?

Самая большая трудность, с которой сталкиваются все иммигранты, – финский язык. Многие думают, что для жизни в Финляндии английского достаточно. Это не так. Найти работу без знания финского языка невозможно. А чтобы получить место белого воротничка, нужно владеть финским на уровне родного.

Учить финский иммигранты могут бесплатно. Языковые курсы входят в стандартную программу адаптации мигрантов. Но попасть на эти курсы можно только через Службу занятости, если зарегистрироваться в качестве безработного. Очередь на бесплатные курсы составляет примерно полгода.

Для каждого мигранта в Службе занятости подбирают индивидуальную программу адаптации, зависящую от образования и профессиональных навыков, а также помогают в трудоустройстве.

Адаптация проходит в Хельсинском училище для взрослых и длится 240–270 дней. Кроме изучения финского туда входят уроки по обучению ежедневным навыкам, обществу и культуре Финляндии. Мигрантов тренируют совершать покупки в магазинах, ходить в сауну, в банк, в магазин, пользоваться словарем, компьютером, готовить финскую еду, искать работу. Рассказывают о законах, налогах, государственном устройстве страны. Во время практических занятий студенты вместе с преподавателями посещают супермаркеты, ездят в метро, ходят в музей и библиотеку, а также рисуют и занимаются рукоделием. По словам завуча училища Сирпа Рёнккё, к ним присылают много людей, вообще не умеющих читать и писать.

– Особенно медленно учатся те, кто начал осваивать грамоту после сорока лет. Один сомалиец рассказал, что когда он учился читать по-фински, он одновременно учился читать и по-сомалийски. Есть люди, которых невозможно научить читать и писать. Вопросы, которые чаще всего задают студенты: что такое снег? Как использовать автоматическую прачечную? Почему манго продаются зелеными? – рассказывает  Сирпа Рёнккё.

Самому молодому студенту училища 18 лет, самому пожилому – больше восьмидесяти. Русских среди них примерно 10–15 процентов.

– Сейчас у нас заканчивает обучение один русский доктор наук, микробиолог. В своей сфере он не смог найти работу. Поэтому ему скоро предстоит стажировка по другой специальности – в национальном архиве Финляндии, – говорит Сирпа Рёнккё.

Обучение одного мигранта стоит примерно 33 евро в день. Училище получает дотации от государства. Сами мигранты во время учебы получают от государства пособие – примерно 700 евро в месяц, плюс субсидии на аренду жилья. Для сравнения: средняя зарплата в Финляндии 2,5–3 тысячи евро в месяц.

Замок бизнеса

Найти работу в Суоми непросто. Безработица составляет 9,6% , что почти в два раза выше, чем в России. Среди иммигрантов безработных 28,8%, а по неофициальной статистике – в два раза больше. В марте искали работу в Хельсинки (т.е. состояли на учете как безработные) 4,2 тысячи выходцев из России. Это на 10% больше, чем год назад. Людей нанимают в основном по знакомству, что существенно снижает возможности для  newcomers.

Какие трудовые ниши занимают выходцы из разных стран – официальной статистики нет.  Неофициально: сомалийцы работают водителями, дворниками, младшим медперсоналом, торгуют наркотиками.  Индийцы – в IT-секторе. Украинцы – на стройках. Китайцы – на кухнях в ресторанах. Арабы – в кебабных. Русские, украинцы, филиппинцы – в клининговых компаниях, сельском хозяйстве. В Хельсинки очень много русских врачей. Также выходцы из России/СССР  часто открывают собственный бизнес.

Для поддержки предпринимателей в Хельсинки работает  Замок бизнеса  – Yrityslinna. Это что-то вроде бизнес-инкубатора и консультационного центра для тех, кто хочет открыть свое дело. В Yrityslinna на разных языках проходят открытые лекции, курсы и консультации по организации бизнеса в Финляндии. На русском лекции проходят раз в месяц, на английском – раз в неделю. Из России многие специально приезжают их послушать. Все услуги в Замке бизнеса бесплатные. Большим спросом пользуются двухмесячные курсы по организации собственного бизнеса. Но попасть на них могут только иммигранты по направлению Службы занятости. Конкурс большой – 8 человек на место. По словам начальника сектора консультаций по предприятиям экономического отдела хельсинской мэрии Тойво Утсо, после окончании курсов у каждого студента есть готовый бизнес-план по созданию собственной фирмы. Пятилетняя выживаемость этих фирм (то есть сколько из них продолжают работать через пять лет) – 80%. Средний для Финляндии показатель – 40%.

В прошлом году  Yrityslinna принял четыре тысячи клиентов, из них более трети – мигрантов. Каждый пятый из newcomers был русскоязычным. Каждую третью фирму в Хельсинки основывает иммигрант.

Сегодня в Финляндии работают 270 тысяч предприятий. Из них 93% имеют численность персонала менее 10 человек. В Хельсинки 81% фирм заняты в сфере торговли и услуг.

Женский день в бассейне

Руководитель отдела по работе с иммигрантами Министерства труда и занятости населения Кристина Стенман говорит, что основной проблемой, с которой сталкиваются иммигранты, является дискриминация. С таким положением вещей борются, но пока не очень успешно.

Согласно опросам, проводимым газетой Helsingin Sanomat, количество финнов, считающих, что иммиграцию нужно ограничить, растет. В 2011 году таких было 46%. В 2013 – уже 52%.  По данным социологов, лучше всего финны относятся к приезжим из Евросоюза: французам, итальянцам, шведам, эстонцам. На предпоследнем месте – русские, на последнем – сомалийцы.

Почти половина всех мигрантов Финляндии обитают в регионе Хельсинки. В столице живут представители 170 государств, говорящие на 136 языках. Расизм существует, но в скрытой форме. Финнов приучили не выражать свое недовольство открыто. Власти заявляют о политике нулевой толерантности к этнической розни. Финляндия энергично продвигает политику мультикультурности.
Например, на работу и учебу разрешено носить хиджабы и любые другие национальные костюмы. Главное правило – одежда должна была безопасной, чтобы шаровары, допустим, не затянуло в станок.

По финским законам, если есть хотя бы четыре семьи, желающие, чтобы их детей в школе учили родному языку и религии, то власти обязаны организовать такое обучение.

В бассейне в Хельсинки есть женский день. В этот день там занавешиваются все окна и посетительницам-мусульманкам разрешается плавать в одежде, полностью закрывающей  тело. Это очень востребованная услуга, стоит всего 2 евро за визит.

В Хельсинки построили Дом девочек. В нем ни среди детей, ни среди персонала нет ни одного представителя мужского пола. Там больше сотни девочек занимаются в разных кружках с соблюдением моральных норм шариата.

Почти во всех кафе можно найти халяльную еду. В школьных столовых не дают свинину.

В университете Хельсинки на факультете подготовки преподавателей студентов в принудительном порядке (это выражение самих финнов) учат мультикультурности.

У каждого департамента хельсинкой мэрии есть свои программы по преодолению этнических конфликтов.

– У финнов аллергия к кампаниям по толерантности и плакатам в стиле «любите друг друга». Такие методы не работают. Лучший способ борьбы с расизмом – сделать Хельсинки интернациональным. Для этого нужно чтобы коренные финны и мигранты вместе работали, вместе жили, водили детей в один детский сад, – говорит начальник иммиграционной политики и трудоустройства экономического отдела хельсинской мэрии Илкка Хаахтела.

Традиционно мигранты селятся в восточном Хельсинки, в районе торгового комплекса «Итакескус», где жилье дешевле. Там чуть было не возникли этнические анклавы, но власти быстро спохватились. Теперь ведется политика активного перемешивания жителей. Рядом с муниципальными домами, в которых получают квартиры мигранты, выделяются участки для строительства элитного жилья. Школы, в которых много детей-мигрантов, получают дополнительное финансирование и так хорошо оборудованы, что коренные финны тоже отдают туда детей.

Пиар против расизма

По словам специалиста по иммиграционной политике и трудоустройству экономического отдела хельсинской мэрии Ольги Силфвер, ожидается, что к 2030 году каждый пятый сотрудник мэрии будет инофоном. Планы по увеличению числа мигрантов среди госслужащих записаны в стратегии  развития Хельсинки.

Уже сегодня 6,6% служащих мэрии – инофоны. Мэрия – самый крупный работодатель Финляндии, в ее составе 30 департаментов и более 30 тысяч человек. Подавляющее большинство мигрантов работают в нижнем звене – уборщиками, водителями, сиделками. Единицы пробились в менеджеры первого звена. На уровне начальников отделов и выше  мигрантов нет совсем. 20 процентов всех newcomers трудятся в департаменте обслуживания (уборки) и кейтеринга. В юридическом департаменте нет ни одного. 

– Работодатели не хотят брать на работу мигрантов, потому что они чужие, непонятные. Больше всего шансов получить место у «хорошего парня», даже если его компетенция ниже. Государство проводит политику легкой позитивной дискриминации. Если на вакансию в городскую службу  есть два кандидата  с одинаковыми резюме, один из которых финн, а другой мигрант или гей, то возьмут мигранта или гея.  Власти хотят, чтобы в государственном секторе трудились представители разных меньшинств, – рассказывает Ольга Силфвер.

Новый метод борьбы с расовой дискриминацией испытали в Департаменте по молодежной политике. Там наняли человека вслепую. В резюме кандидатов  убрали их имена, место рождения и названия учебных заведений. Отбор был заочным – только на основании профессиональных навыков по резюме. Нужен был специалист по работе с молодыми иммигрантами. Вакансию занял представитель цыганской национальности с инвалидностью.

– Это был неожиданный  результат. Взяли совсем не того человека, какой обычно мог бы рассчитывать на эту должность. В обычном случае место могла бы занять финская женщина лет сорока, владеющая методиками, – рассказала Ольга Силфвер.

Она рассказывает, как проводятся тренинги по предотвращению этнических конфликтов для пиар-специалистов мэрии.

– Мы придумали гипотетически резонансные происшествия, которые как будто бы случились в Хельсинки. Первое: жестокое изнасилование финки мигрантом. Второе: расстрел пятерых человек в мечети.  Пиар-специалистам нужно было написать речь,  с которой выступит мэр сразу после этих событий. Мы проанализировали все недавние громкие истории, связанные с расовой или религиозной нетерпимостью:  реакцию в Париже на «Шарли Эбдо», взрывы в Лондоне, в Испании и так далее. В итоге у нас получились рекомендации, как правильно властям реагировать  на подобные ЧП. Сначала нужно очень коротко сказать, что случилось, не украшая и не драматизируя. Если атакующий умер – объявить общее число погибших, не  выделяя террориста отдельно. Потом выразить соболезнование погибшим и их семьям. Если жертва была выбрана по этническому признаку, то отдельно выразить сочувствие общине. Если община организует памятную церемонию, то пообещать, что мэр к ней присоединится и что все остальные хельсинкцы тоже могут это сделать. Сказать, что это общая беда, что наши общие ценности и свободы были атакованы. Затем перечислить, что будет сделано, поблагодарить полицию за хорошую работу.  Была большая дискуссия – нужно ли упоминать национальность преступника. Все согласились с точкой зрения полиции: данные о цвете кожи преступника или о том, что он представляет этническое меньшинство, следует указывать только в том случае, если он в розыске. Потому что это может помочь его найти, – говорит специалист.

Иммиграция обходится Финляндии примерно в 700 миллионов евро ежегодно. Еще около миллиарда евро Финляндия тратит на поддержку общественных организаций, поддерживающих этнические меньшинства.

Сколько зарабатывают мигранты (евро/месяц)

Строитель – 1500–3000
Продавец – 1500–2500
Официант – 2000
Медсестра – 2300
Врач – 6000
Няня – 1200; 7–14 евро/час
IT-специалист – 4500
Сезонный рабочий (сбор грибов, ягод) – 800–1300

Узнать больше об иммиграции и трудоустройстве в Финляндии можно на сайтах:
Infopankki.fi, www.migri.fi, www.finnishcourses.fi, www.virka.fi             

Елена РОТКЕВИЧ











Lentainform