16+

Зачем, снимая деньги в банке, снимать обложку с паспорта. Личный опыт

10/07/2015

Зачем, снимая деньги в банке, снимать обложку с паспорта. Личный опыт

Нам, писателям и журналистам, за сюжетами далеко ходить не надо. Зашел в ближайший офис Сбербанка по самой простой надобности – и уже есть сюжет, готов рассказ.


              С научной точки зрения он любопытен тем, что демонстрирует микромеханику абсурда, который впрыскивается в нашу жизнь небольшими, но регулярными порциями. И приучает к абсурду большего размера, который уже 15 лет есть наш образ жизни.

Креатив первый: обложка

Захожу как-то в дополнительный офис на пр. Науки, 41, который у меня давно служит опытной площадкой и объектом лабораторных работ. Даю кассиру сберкнижку и паспорт для того, чтобы положить деньги. А кассир к моему большому удивлению, не спросив у меня разрешения, вдруг снимает с моего паспорта пластиковую обложку и сует паспорт в прибор для проверки подлинности документа. Почему-то несколько лет до этого момента операционисты совали паспортину в обложке, а 28 мая 2015 года им  показалось, что надо совать без обложки.

Естественно, я удивился, а поскольку клиент я в указанном офисе особый и моими жалобами можно оклеить не только все стены офиса, но и заметную часть потолка, зав. офисом мне сразу же подала некую бумагу – без реквизитов, без даты, без адресата и подписи, но с логотипом Сбербанка сверху и духоподъемным слоганом «Всегда рядом».

Не хочется с утра огорчать банк и читателей, но вообще-то этот кусок без подлежащего – часть популярной в тату-салонах латинской фразы Semper mors subest, которая в переводе примерно означает: «Cмерть всегда рядом» или «Смерть во всякое время наготове». В общем, банк, как и смерть, всегда рядом и всегда наготове, смысл слогана такой. И в нем заложен глубокий смысл.

Так вот, на поданной мне бумаге в конце текста указано: «Перед началом проверки в целях необходимой идентификации клиента, документ, удостоверяющий личность, должен быть представлен сотруднику отделения без обложек».

А выше названы два документа, на основании которых этот категорический вывод сделан: 1) закон № 115-ФЗ от   07.08.2001 «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма» и 2) положение ЦБ РФ «Об идентификации кредитными организациями клиентов и выгодоприобретателей в целях противодействия легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма» № 262-П от 19.08.2004.

Хорошо, говорю я, сейчас жалобу писать не буду, а изучу эти документы дома. 

Изучил и выяснил, что ни в одном из двух названных документов ничего про обложку/обложки не сказано ни слова! Поэтому съем пластиковой обложки с обложки паспорта –просто самодеятельность сотрудников банка, которая не имеет под собой никаких законных оснований. Это первый вывод.

В законе № 115-ФЗ есть статья 6 «Операции с денежными средствами или иным имуществом, подлежащие обязательному контролю». Согласно этой статье зачисление средств на счет и снятие со счета обязательному контролю не подлежат вообще, если сумма не превышает 600 000 рублей. А если превышает, то есть еще целый ряд условий, и ни под одно из них мой случай не подпадал, так что кассир Сбербанка зря так сильно напряглась в моем случае.

Согласно ст. 7, действительно надо предъявить паспорт, чтобы идентифицировать клиента, причем в моем случае достаточно упрощенной идентификации, поскольку вряд ли в Сбербанке есть сведения о том, что я причастен к терроризму, финансирую его и отмываю доходы, полученные преступным путем (ст. 7, п. 1.11). Но ничего про снятие обложки с обложки паспорта в ст. 7 не сказано.

Теперь о втором документе – положении ЦБ № 262-П. Это весьма любопытный текст, из которого, в частности, следует, что Сбербанк не просто идентифицирует клиента по предъявленному паспорту, но еще и проверяет в общероссийской базе данных, есть ли паспорт такой-то серии и номера, выданный такому-то лицу. Согласно п. 2.2, «для проверки действительности паспорта физического лица, являющегося гражданином Российской Федерации, кредитная организация использует информационный сервис «Проверка действительности паспорта гражданина Российской Федерации, удостоверяющего личность гражданина Российской Федерации на территории Российской Федерации» на официальном сайте Федеральной миграционной службы в сети «интернет»».

То есть при обращении в Сбербанк клиент еще и всякий раз дает паспорт на проверку его наличия в базе данных ФМС. Этого нет даже в законе № 115-ФЗ. Что же касается съема пластиковой обложки с обложки паспорта, то и в положении ЦБ № 262-П такая процедура не предусмотрена. 

Итак, придя в офис Сбербанка в следующий раз, я написал заявление в книгу заявлений и предложений с просьбой указать мне правовые основания требования снимать обложку. И получил ответ из Москвы от 05.06.2015 № 000255-2015-048936, подписанный специалистом отдела по работе с обращениями клиентов ОАО «Сбербанк России» С.В. Богдашкиной.

Законных оснований она привести не смогла, но после трех ритуальных абзацев, сочиненных для разгона, Богдашкина поведала, что «с целью затруднения проверки паспорта мошенниками используются специальные обложки с прозрачными пластиковыми карманами для каждой страницы документа (в действительности такие «обложки» могут скрывать: следы надреза, следы переклейки фотографии)». Поэтому «в случае возникновения необходимости, связанной с дополнительной проверкой предъявляемого документа (паспорта), сотрудником Банка может быть предложено клиенту передать паспорт для проверки, его визуального осмотра и выявления признаков подделки на соответствующем оборудовании с применением ультро-фиолетового и инфракрасного изучения. При этом клиенту предлагается освободить все страницы паспорта от обложки при ее наличии» (орфографию Богдашкиной сохраняю).

Замечу, во-первых, что «карманов» или обложек на каждую страницу паспорта я не нацепляю и никогда не нацеплял, поэтому мой паспорт «проверкопригоден» сразу. А обложка из пластика, надетая на обложку паспорта, к тому, что требуется для идентификации моей личности и даже идентификации моего паспорта по базе данных ФМС, отношения вообще не имеет. Поэтому про съем пластиковой обложки с обложки паспорта не сказано даже в положении ЦБ № 262-П. То есть к моему случаю требование снять обложки с каждой страницы паспорта вообще не относится. Этих обложек не было. К тому же в положении ЦБ ни про «карманы», ни про обложки все равно ничего не сказано. Но может, им пообещали премии за каждый выявленный поддельный паспорт, поэтому они так стараются?

Но также понятно, что страна Россия – это не то место, где кто-то может признать свою неправоту. Как это – один маленький клиент прав, а такой большой банк неправ? Не может такого быть! И вину за бессмысленные действия Богдашкина, естественно, не признала. Написала в ответ слова, которые к моему конкретному случаю не относятся, но не признала. Не для того она там сидит, чтобы что-то признавать. Наоборот, она там именно для того, чтобы сообщать клиентам, что все неудобства создаются для их же пользы.

А во-вторых, мне непонятно, почему в моем случае, при упрощенной идентификации, согласно всем признакам обоих документов, о которых идет речь, да еще и при весьма скромных суммах, которые я кладу на счет или снимаю, систематически возникает необходимость дополнительной проверки моего паспорта? Неужели кассиры, едва взглянув на меня, сразу понимают, что именно такими и бывают террористы? Или вот именно такие люди, как я, подделывают паспорта и переклеивают фотографии… И потому именно в случае со мной надо проявлять сугубую осмотрительность.

Между прочим, сотрудницы офиса, в отличие от меня, законы, положения и иные юридические документы сами не читают, в осмысленность требований не вдумываются, а слепо их исполняют. Естественно, злятся на меня за то, что я им разъясняю, что их действия противозаконны и бессмысленны.  Они, может, об этом слегка догадываются, но боятся додумать эту мысль до конца. Что это не осмотрительность, а глупость, едва прикрытая фиговым листком борьбы с террористами. Глупость, которая только создает неудобства: обложку сними, обложку надень, хотя смысла в этом нет ни малейшего. Зато меры по усилению мер приняты.

Креатив второй: размен

Только я детально разобрался с превышением полномочий, которые связаны с обложкой на паспорте, как вдруг в Сбербанке, который всегда рядом, обнаружился новый аттракцион. Зашел я в офис на пр. Науки, 41, 10 июня, чтобы разменять 1000 рублей. Сотрудница вся напряглась, как и положено при встрече с врагом, и подозрительно так спрашивает: а зачем это вам? Я спокойно отвечаю: а ваше какое дело? «А я не буду вам менять деньги», – говорит она.  Начальница офиса, которая меня знает, шипит ей сзади: разменяй, разменяй… Но не тут-то было! «Отлично,  – говорю я упрямой, – пока я буду писать жалобу, вы немного подумаете над своим поведением, а потом сделаете то, что я прошу». Жалобу я написал, она мне 1000 руб. разменяла, и я ушел.

А 18 июня мне позвонила некая Александра из отдела качества Сбербанка и детским голоском спросила: «Вы писали заявление?» Я напомнил ей, что жду письменного ответа, а не душеспасительной беседы. Тем не менее она сказала, что я, естественно, был неправ, потому что для размена денег от клиента требуется заявление и предъявление паспорта. «Для того, чтобы разменять тысячу рублей?» «Да, – говорит Александра. «О как, – говорю я. – А основание?» – «Внутренняя инструкция». – «А что в ней написано?» – «Нет, вам ее читать не дадим, она внутренняя». – «Ну давайте, шлите письменный ответ».

Пока я этого ответа не получил, но уже ясны два обстоятельства.

Во-первых, такая внутренняя инструкция, согласно ч. 3 ст. 15 Конституции, законной силы не имеет вообще, поскольку документ затрагивает мои права и обязанности. Внутренние документы, которые не опубликованы, для клиентов юридически ничтожны.

Во-вторых, согласно закону № 115-ФЗ,  статье 6 «Операции с денежными средствами или иным имуществом, подлежащие обязательному контролю», операция по обмену банкнот одного достоинства на банкноты другого достоинства  подлежит обязательному контролю (т.е. подаче заявления с указанием паспортных данных, предъявлению паспорта, идентификации личности и самого паспорта в базе данных ФМС) только если сумма, на которую обмен совершается, равна или превышает 600 000 рублей либо равна сумме в иностранной валюте, эквивалентной 600 000 рублей.

А, поясню, «обязательный контроль» – это (согласно тому же закону № 115-ФЗ) «совокупность принимаемых уполномоченным органом мер по контролю за операциями с денежными средствами или иным имуществом на основании информации, представляемой ему организациями, осуществляющими такие операции, а также по проверке этой информации в соответствии с законодательством РФ». То есть речь идет о том, что, скажем, Центробанк как уполномоченный орган должен контролировать такие операции Сбербанка, но только в том случае, если сумма превышает 600 тыс. рублей.

Размен 1000 рублей по ст. 6, п. 1 закона № 115-ФЗ можно произвести и без обязательного контроля. Опять же если я не вызываю особых подозрений у сотрудников Сбербанка в причастности к терроризму. Но поскольку в Сбербанке я нахожусь на постоянном подозрении в терроризме, то сведения о том, что, скажем, 23.06.2015 мне разменяли 10 тыс. руб., уже пошли в Москву, и Эльвира Набиулина уже давно сидит и ломает голову: что же замутил Золотоносов на этот раз, разменяв такую бешеную сумму денег? Не иначе как будет финансировать ИГИЛ.

В Сбербанке разработана специальная форма 423 «Заявление на размен денежной наличности». Вот я дал две купюры по 5 тыс. рублей и попросил разменять по тысяче. После чего было оформлено заявление, в нем указаны все мои паспортные данные, включая адрес, и сумма, которую я хотел разменять. Заявление я должен был подписать.

Форма 423 содержит таблицу, в которой указаны все номиналы монет (от 1 коп. до 10 руб.) и все номиналы банкнот (от 10 до 5000 руб.). Имеется, очевидно,  в виду, что монеты я принесу для обмена: скажем, накоплю сто штук по 1 коп. и приду в офис Сбербанка обменять их на 1 рубль. И сведения об этом сразу уйдут в ЦБ для анализа. Правда, заявление компьютер выдает, только начиная с суммы в 10 руб. Я проделал лабораторную работу и теперь имею на руках заявление по ф. 423, согласно которому я 27 июня разменял 10 руб. Теперь при очередном теракте мне уже будет не отвертеться: разменял, вот документ!

Все это имело бы какой-то смысл, если бы в заявлении указывались номера банкнот на тот случай, если они потом окажутся фальшивыми. Но ведь этого нет! Какой тогда смысл? Зачем все эти хлопоты? Да никакого смысла нет! Раньше можно было разменять деньги легко и быстро, а теперь это целая банковская операция, и надо сидеть в очереди, операционист заносит в компьютер паспортные данные, проверяет паспорт в базе данных ФМС... А что касается монет, то они вообще не имеют номеров, и можно принести 1000 монет по 10 руб., и никто при обмене все равно не сможет проверить их подлинность. Аппаратуры-то нет.  

Впрочем, если цель – найти еще один повод для выявления поддельных паспортов, то все оказывается вполне разумным и оправданным. Чем больше поводов, тем лучше.

И вот я думаю: а что там стряслось? Может быть, в службу безопасности Сбербанка недавно пришел какой-то отставник из органов и старается заявить о себе, проявляя ревность? Хочет, возможно, человек, предложив какой-то креатив, попытаться чем-то всех удивить... Меня вот уже удивил.

Впрочем, один сдвиг к лучшему все же есть. Паспорт на идентификацию у меня теперь в офисе Сбербанка берут, а обложку не снимают. Полагаю, что это результат моей упорной работы.              

Михаил ЗОЛОТОНОСОВ, фото sberbank-kredit-onlain.ru





3D графика на заказ

установка натяжных потолков в москве








Lentainform