16+

«Эхо Петербурга» вернулось: кто победил и кто проиграл в борьбе за радиостанцию

13/07/2015

«Эхо Петербурга» вернулось: кто победил и кто проиграл в борьбе за радиостанцию

Хорошо, что история с конфликтом петербуржцев и москвичей вокруг «Эха Москвы» в Петербурге вроде закончилась. Правда, полным поражением петербуржцев. Но зато послушать «Эхо» теперь можно будет не только в Интернете.


            Если в начале конфликта местные любители «Эха» еще спрашивали, а кто же там все-таки виноват, то в последний месяц, когда вещание на частоте 91,5 прекратилось, никого это уже не интересовало, только один вопрос задавали: не знаете, когда «Эхо» снова в эфире будет?
 
В общем, не случилось народного гнева против московских душителей нашей свободы. Потому что всё в тяжбе петербуржцев с москвичами было нелогичным и неправильным.
 
В этой истории есть свой герой и свой антигерой. Это один и тот же человек – Сергей Недоводин, совладелец «Эха Петербурга». Только его героизм останется неоцененным. Поскольку не получилось у него стать маленькой, но гордой местной  птичкой, вышедшей на борьбу с разжиревшей, обнаглевшей московской кошкой. И если и погибшей в схватке, то заслужившей мемориальную табличку на стене дома на 4-й Советской улице, а если победившей – так и вовсе почетного места в либеральном пантеоне. 
 
Считаю возможным обсуждать действия неоцененного героя в том числе потому, что Сергей Недоводин дал нам большое интервью, в котором рассказывал, что борется он за принципы и в борьбе за эти принципы пойдет до конца – то есть до Верховного, Конституционного и т.д. судов. А ровно через сутки забрал все свои слова обратно – и уже ни до какого конца решил не идти.
 
Вот после этой сдачи позиций он и стал героем, потому что вернул народу радио. Жалко, что народ этого не оценит, потому что принципы у Недоводина были слишком сложные для народного понимания. 
 
Скажем, все либералам СПб было бы понятно, если бы Недоводин сражался за свободную прессу. Так нет – не сражался. Поскольку на нее не покушались, не говоря уж о том, что сам Недоводин называет себя либералом, но крымнашенским (то есть, говорит, воспитан он так, что когда действует российская армия, он должен заткнуться). Это, впрочем, к делу отношения не имеет, так как политические вопросы в этом конфликте не фигурировали.
 
Было бы понятно, если бы Недоводин сражался за свою команду – за замечательных журналистов, которых хотят подмять под себя москвичи. Так нет, не сражался. И еще до окончательной сдачи позиций готов был назначить в петербургскую редакцию московского редактора, а там уж пусть она решает, что с местными кадрами делать.
 
Было бы еще как-то понятно, если бы москвичи отнимали у петербуржцев бизнес. Вроде как раз про это и говорил совладелец «Эха СПб». Так и тут все оказалось запутанно. 
 
То есть сейчас все выглядит просто. Когда-то, 16 лет назад, Недоводин заключил с «Эхом Москвы» договор о партнерстве – что петербургское предприятие обеспечивает вещание «Эха» здесь. Составили договор так, что расторгнуть его можно, но сложно. И вот на основании этого договора Недоводин и считал, что у него все козыри на руках. И правда на его стороне. 
 
Юридически – вероятно, это так, поэтому этот договор «Эхо Москвы» и не оспаривало. Но  Венедиктов приводил в ответ простые аргументы: основа вещания «Эха» в Петербурге – московский эфир. Конфликтующим с нами партнерам мы эфир давать не хотим. В общем, то, что излагал Венедиктов, было понятно. А то, что Недоводин, – нет. И поэтому все наблюдатели делали один и тот же прогноз: петербуржцы выиграть этой войны не могут. А Недоводин говорил, что у него горизонт планирования – две недели. Поэтому он вообще прогнозов не делает.
 
Считается, что в странах с разными традициями и психология разная. Скажем, если в США случится конфликт между менеджерами, стоящими на разных ступенях иерархической лестницы, то они в 99% случаев встретятся и решат проблему. А в Индонезии люди живут по принципу asal bapak senang – «Главное, чтобы начальник был доволен». 
 
В этой истории конфликтующие стороны пошли по третьему пути – разговаривать друг с другом не собирались. Скажем, единственный, как говорит Недоводин, его разговор с Венедиктовым занял полторы минуты. А директору «Эха Москвы» Недоводин написал, что «у нас прочная юридическая позиция». А тот ему ответил: «Рад за вас». Замечательную проявили способность к коммуникации. 
 
Есть такая восточная притча: к одному учителю (а на Востоке учителями называют не совсем тех людей, которых учителями называют у нас) пришли и спросили: «Надо ли слушать советы постороннего, если у нас самих есть свои собственные оригинальные мысли?»
 
«Все очень просто, – ответил учитель. – Если тебя слушают, прислушивайся к своим словам. Если не слушают – прислушивайся к словам других».
 
А Карнеги уверял, что любой из нас ведет себя как дурак не менее 5 минут в день. И мудрость состоит исключительно в том, чтобы не слишком превышать этот предел.
 
Понятно, что все оценивается по результату. Если ты выиграл – тебе все глупости прощаются. Если проиграл – наоборот. Результат полугодового упорства  для петербуржцев оказался плачевным – они согласились на все, чего хотели москвичи: изменение устава, назначение директора, назначение редактора. То есть хорошо, что все кончилось возвращением «Эха» в эфир. Правда, петербургский эфир теперь будет отдан на милость москвичам. А они  тоже не ангелы. И главное – они не наши не ангелы.           
 
Фото: paperpaper.ru

Сергей БАЛУЕВ








Lentainform