18+

Журналист сравнил отношение к еде у Путина и Собчака

07/08/2015

Вчера начали уничтожать еду, которую можно было не уничтожать. Не уничтожают же контрабандные «Мерседесы», норковые шубы и золотые украшения – все идет в федеральную собственность.

         Процедура отработана еще со времен СССР. Контрабандный сыр, абрикосы и яблоки можно было конфисковать, обратить в государственную собственность, проверить на качество и… раздать, продать, устроить пир на границе.
 
Анатолий Александрович Собчак, мэр Петербурга, до конца жизни испытывал голод и не мог наесться. Сказывались военные годы, когда нечего было есть, хотя он военное детство провел в Узбекистане, а не блокадном Ленинграде. Но война есть война. На любых фуршетах, на званых обедах и ужинах петербургский градоначальник никогда не оставлял ничего в тарелке. Он знал цену каждой крошке.
 
Думаю, Анатолий Александрович был не один такой. Живут старушки в Петербурге, которые до сих пор делают заначки на случай голода. В Петербурге есть Музей хлеба, а фестивали еды – самые популярные мероприятия в городе.
 
Для меня еда никогда не была чем-то сакральным. Еда и еда. Наверное, потому что она всегда была. Наверное, поэтому многие не ценят кусок булки, мороженое в вафельном стаканчике, ломтик колбасы, можно продолжать вечность. Не ценим, что есть, а когда потеряем – поздно.
 
Меня удивляет, что уничтожение еды поддерживают православные. Я в бога не верю, его нет, но вы-то верите. Вспомните типичную картинку быта. Семья собирается за обедом или ужином и взрослый начинает читать молитву, благодарить бога за посланную еду. «Хлеб наш насущный дай нам на сей день». Бог отвернется от вас – так вижу.
 
Когда-то давно, дело было ночью, я заглянул в магазин. У дверей на улице стоял маленький мальчик. Он попросил денег. «Зачем?» – спросил я. «Хочу купить пельменей», – ответил он. «Почему пельмени?» «Их много и они дешевые». Я купил ему пакет пельменей. Потому что на его месте мог быть любой из нас.                
 
Павел СМОЛЯК , фото: modern.az