16+

Как я искал в поликлиниках кабинеты неотложной помощи. Личный опыт

28/08/2015

Как я искал в поликлиниках кабинеты неотложной помощи. Личный опыт

Продолжаю расследование, которое началось 25 ноября 2014 г. Поначалу это был простой медицинский случай: в правом ухе серная пробка сильно давила на барабанную перепонку, возникла боль, пробку нужно было срочно удалить, получив неотложную медицинскую помощь, предусмотренную нашим законодательством.


         Я пошел в поликлиническое отделение № 41 ГУЗ «Городская поликлиника № 112», там в это время принимал отоларинголог Астахов, я к нему попытался обратиться… С этого и началось мое расследование, которое увело весьма далеко от уха. Потому что сейчас я уже добрался до тайны кабинетов неотложной помощи, которых в поликлиниках нет, но на которые выделяют миллиарды.

Этажи бюрократической вертикали

Эта статья к моему конкретному уху уже никакого отношения не имеет, а посвящена, с одной стороны, организации медпомощи в Петербурге и исполнению законодательства, а с другой стороны – тому удручающему состоянию, в котором пребывают всякого рода государственные органы, наполненные чиновниками, а также их реакциям на жалобы граждан, которые они упорно называют нейтральным словом «обращения» (понятно, что у нас жаловаться не на что, поэтому гражданин может только «обращаться»). Проще говоря, я решил детально изучить, как реагируют чиновники  и всякие госслужащие на жалобы граждан.

При этом логика моих действий предельно проста: медленно и упорно подниматься по бюрократической вертикали, фиксируя правдивость ответов и эффективность жалоб на всех этажах вертикали.

Сначала я обратился на первый этаж – к главному врачу поликлиники № 112 Косенко А.А. и получил неправдивый ответ, чему была посвящена вторая статья сериала «Как я вернул 495 рублей за вылеченное ухо...».

В третьей статье сериала «Лапша на оба уха. Личный опыт» я описал ответ от 8 мая 2015 г., полученный мною со второго этажа – из администрации Калининского района. Я обратился к главе администрации Калининского района Моторину с письменной жалобой на главного врача поликлиники № 112 Косенко, поскольку работодателем главврача является именно Моторин. А предметом жалобы был лживый письменный ответ Косенко, вследствие чего я просил объявить Косенко выговор в соответствии с Трудовым кодексом.

Ответил мне не Моторин, а его заместитель И.М. Васильев. Ответ его также  состоял из неправды. Поэтому я написал жалобу на главу администрации Калининского района Моторина Е.А., направив ее 26 июня 2015 г. в Смольный Говорунову А.Н., вице-губернатору Петербурга. К Говорунову же я обратился потому, что именно он является работодателем и куратором глав районных администраций. Просил обязать главу администрации Калининского района наказать главврача городской поликлиники № 112 за ложь в письменном ответе, а также наказать главу администрации Калининского района – также за ложь в письменном ответе, который подготовил зав. отделом здравоохранения Коротков Ю.С., а подписал зам. главы Васильев И.М.

И получил ответ от 29 июля 2015 г. № 14.2/17.2 – 32572 – но почему-то не от Говорунова, а от вице-губернатора М.П. Мокрецова. Теперь есть возможность проанализировать ответ уже с третьего этажа – с этажа вице-губернатора.

Напомню, что ответы с первых двух этажей содержали неправду: прежде всего, никто не желал признать вину поликлиники в лице главврача поликлиники № 112 А.А. Косенко, зав. поликлиническим отделением № 41 Ю.И. Степановой, а также врача Астахова в том, что он не оказал мне предусмотренную законодательством неотложную помощь в рамках ОМС, а выдвинул ряд неприемлемых для меня условий, вследствие чего я заплатил 500 руб., и тогда этот Астахов за 10 мин. удалил из уха серную пробку и избавил меня от боли. Жизни она не угрожала, но была очень сильной. А для этого и предусмотрена неотложная помощь.

И уже поликлиника № 112 мне эти несчастные 500 руб. вернула в надежде, что я заткнусь (они же не знали, кто я), и Астахов уволился из поликлиники – очевидно, как persona non grata, и заведующей поликлиническим отделением № 41 Степановой Ю.И. объявили выговор… Но вину – нет, не признают! Никогда! Это у них такой принцип: признаешь вину – значит, виноват и тебя накажут, а соврешь – значит, не виноват, а за вранье не накажут никого и никогда, разве что Степанову – самого нижнего бюрократа в этой иерархии. Поэтому все чего-то выдумывают, выдумывают…

Прежде всего, что я сам изъявил желание получить платную медпомощь. Но должен же я найти какой-то выход, если врач не желает провести медицинскую процедуру в рамках ОМС! Я же не просто так «изъявил желание», не беспричинно, не вследствие внезапно охватившего меня желания помочь поликлинике материально.

А логика у чиновников всех этажей простая: писать в ответ на жалобы теперь можно все что угодно.

Ложь со второго этажа

В частности, ответ из администрации Калининского района поразил меня очередной выдумкой. В свое время Александр Чаковский, официально считавшийся писателем и служивший на подхвате у идеологического отдела ЦК главным редактором «Литературки», любил повторять: «Лучшие сорта лжи делаются из полуправды».

Администрация Калининского района полуправды не нашла, поэтому для ответа на мою жалобу ложь изготовила из лжи. И мне написали, что «врач-отоларинголог А.П. Астахов направил вас на прием в кабинет неотложной помощи для определения вашего состояния, необходимого вида и объема медицинской помощи».

На самом деле, ссылаясь на устное указание зав. поликлиническим отделением Ю.И. Степановой (она это потом сама подтвердила в разговоре со мной), Астахов отправил меня к участковому врачу, который должен был начать прием в 16 час., а я пришел к Астахову в 11.30. Т.е. неотложную помощь я бы получил через 4,5 часа плюс ожидание в очереди в кабинет участкового. К этому времени самого Астахова в поликлинике уже не было бы (прием закончился бы), а был ли тогда в поликлинике второй отоларинголог, я не знаю.

Главное же другое: кабинета неотложной помощи (КНП) не было в поликлиническом отделении №  41 ни 25 ноября 2014 г., когда я общался с Астаховым, ни в начале июня 2015 г., когда я работал над третьей статьей сериала «Лапша на оба уха».

В ответе из районной администрации было написано, что «оказание медицинской помощи в неотложной форме организовано  в СПб ГБУЗ «Городская поликлиника № 112» в соответствии с…», и приводились ссылки на два федеральных закона, одно постановление правительства, приказ Минздравсоцразвития и приказ главного врача «об организации кабинетов неотложной помощи» от 14.05.2013 № 133.

Однако в поликлиническом отделении № 41 я такого кабинета не обнаружил. Ни на месте – путем обхода помещений, ни по телефону. 4, 5 и 6 июня  я три дня подряд звонил в поликлиническое отделение № 41 и задавал один и тот же вопрос: у вас есть такой кабинет? И получал один и тот же уверенный ответ: нет, такого кабинета нет. Иногда предлагали звонить в скорую помощь. Т.е. КНП и в ноябре 2014 г. не было, и в июне 2015 г.

Понятно, люди в администрации района не предполагали, что я пойду и проверю, да и вообще не привыкли отвечать за разговоры, т.е. за базар . А базар был такой: мне из районной администрации указали, что по моей вине «была нарушена этапность при получении неотложной медицинской помощи, обращение было непосредственно к врачу-специалисту, минуя регистратуру и кабинет неотложной помощи в поликлинике».

Но в регистратуру я звонил из дома и получил полный отказ, а КНП в поликлинике не было вообще. Короче, я написал письмо Говорунову и задал вопрос: а где там этот КНП? И попросил всех расстрелять.

Привет с третьего этажа

И вот получил ответ от вице-губернатора Мокрецова М.П. В этом ответе появилась новая версия событий: «Доктор осуществлял прием пациентов по записи, в связи с чем, выслушав жалобы, направил вас к участковому врачу-терапевту для определения состояния пациента…»

Вот это уже ложь, сделанная из полуправды. В том смысле, что правды тут ровно одна вторая: Астахов действительно сказал, что сперва надо пойти на прием к участковому терапевту. Прочее же ложь: ни в кабинете, ни возле него на лавке не было ни одного пациента по записи – ни когда я зашел в кабинет, ни когда я вышел из кабинета через 10 минут. Пусто было! И отправил Астахов меня к участковому не потому, что ему было некогда, а потому что сослался на устное незаконное указание зав. поликлиническим отделением Ю.И. Степановой – о том, что сначала надо идти к участковому терапевту.

В свою очередь Мокрецов сослался на закон СПб от 27.12.2013 № 775-142, относящийся к ОМС в Петербурге, и сообщил мне, что «предельный срок ожидания оказания первичной медико-санитарной помощи в неотложной форме составляет не более двух часов после обращения». Действительно, в приложении 1 части 5 этого закона это указано.

Однако в приложении № 5 к «Положению об организации оказания первичной медико-санитарной помощи взрослому населению», утвержденному приказом Минздравсоцразвития РФ от 15 мая 2012 г. N 543н, на который, кстати, Мокрецов также ссылается, сказано иначе:

«6. Неотложная медицинская помощь лицам, обратившимся в медицинскую организацию с признаками неотложных состояний, оказывается по направлению регистратора безотлагательно.

7. Неотложная медицинская помощь на дому осуществляется в течение не более 2 часов после поступления обращения больного или иного лица об оказании неотложной медицинской помощи на дому».

Как говорится, почувствуйте разницу, а также то, что закон СПб заметно противоречит приказу Минздрава, что есть предмет для прокуратуры и полпредстава президента в СЗФО, которое призвано обеспечивать соответствие регионального законодательства федеральному. Это первое.

Второе. Я пришел к Астахову в 11.30, участковый терапевт начинал прием в этот день в 16 час. Ожидание составляло не менее 4 часов 30 мин, что более чем в два раза превышает указанный г-ном Мокрецовым норматив. Все данные я в Смольный отправил (приложения к жалобе составили 20 листов). При этом г-н Мокрецов сообщил, что у пациента, т.е. у меня, имелись возможности получить бесплатную помощь «в соответствии с действующими правилами оказания бесплатной медицинской помощи», хотя по приказу Минздрава от 15 мая 2012 г. N 543н Астахов действовать отказался, а исполнение закона СПб № 775-142 было заведомо невыполнимо ввиду нарушения срока даже в два часа.

После чего г-н Мокрецов сообщил мне: «За ненадлежащее исполнение приказа СПБ ГУЗ «Городская поликлиника № 112» от 14.05.2013 № 133 «Об организации кабинетов неотложной помощи» врач-оториноларинголог Астахов А.П. подлежал привлечению к дисциплинарной ответственности. Однако в связи с его увольнением 30.01.2015 применение дисциплинарного взыскания было невозможно».

Во-первых, сразу возникает вопрос: как Астахов мог ненадлежаще исполнить приказ «Об организации кабинетов неотложной помощи», если такого кабинета в поликлинике не было?

Во-вторых, как Астахов мог бы нарушить этот приказ, если в приказе в пункте 6 вообще сказано: «При обращении лица с признаками неотложных состояний регистратор информирует дежурного заведующего терапевтическим отделением и направляет в кабинет неотложной медицинской помощи». А в пункте 7 говорится: «Неотложная медицинская помощь лицам, обратившимся в поликлинику с признаками неотложных состояний, оказывается по направлению регистратора безотлагательно». 

Понятно, что раз КНП не было, то регистратор не мог меня направить в него.

Однако, сенсация!

 Но самым интересным в ответе из Смольного было сообщение о том, что «предъявленные к рассмотрению фотоснимки помещений учреждения подтверждают размещение кабинета неотложной помощи в кабинете №  101 и наличие информирования пациентов о поводах для обращения в указанный кабинет». А проведенная «документарная проверка» показала, что нормативные акты поликлиники № 112 соответствуют, не противоречат и не ухудшают, а «оказание неотложной медицинской помощи в учреждении организовано надлежащим образом»: имеются «помещения, материальные запасы и квалифицированный персонал».

Ответ из Смольного я получил 4 августа и сразу позвонил в поликлиническое отделение № 41, чтобы спросить: а по какому расписанию работает КНП? И получил знакомый ответ: такого кабинета нет. 18 августа я посетил поликлинику: это чиновники судят по фотоснимкам, а я на все смотрю своими глазами.

 Итак, 18 августа я КНП (кабинет № 101) в поликлиническом отделении обнаружил. Располагается он в том же помещении, что и регистратор квартирной помощи. Помещение у них общее и дверь общая. Перед входом висит объявление: «Перечень поводов для обращения в кабинет неотложной помощи взрослому населению». Головная боль, зубная, болевой синдром в суставах, боли в горле, ухе… В штате КНП есть один человек – медсестра, врачей нет. Какого-то специального оборудования, кроме тонометра, я здесь не заметил. Открываю дверь, спрашиваю: кабинет № 101? Да, – отвечает милая женщина. – Что вы хотите?

– А я иду на прием к врачу.
– А здесь врача у нас нет, здесь только медсестра. Доврачебный кабинет.
– А что это значит?
– Измеряю давление. Я медсестра, Петрова Валентина Анатольевна.
– А врач?
– Я вызываю врача по необходимости.
– Какого врача?
– Терапевта вызываю.
– Вот список перед дверью кабинета. Значит, это объявление не соответствует содержанию кабинета, если вы только давление измеряете?
– Я измеряю давление и отправляю больных с болями. К терапевту, я же вам сказала.
– А если болевой синдром в суставах?
– Значит, я вас отправлю в регистратуру, а регистратура вас отправит к хирургу. С острой болью.
– То есть все, что вы можете, это отправить меня в регистратуру стоять в очереди?
– Вам в регистратуре дадут талончик, и вы пойдете к хирургу.
– Тогда зачем вы нужны?  А если голова болит?
– Пойдете к терапевту с головной болью. Измерю давление. Заведующая терапевтическим отделением распоряжается, кто будет принимать, если вы пришли не в часы приема своего отделения.

Тут случайно в кабинет № 101 заходит Степанова Ю.И. – зав. поликлиническим отделением № 41, та самая, что получила выговор. Узнает меня. Я у нее спрашиваю:
– Вот в числе поводов написана зубная боль, и я в КНП обращаюсь с зубной болью. Каковы действия медсестры, врача? Меня направят в стоматологическую поликлинику?
– Да. 
– Вы работаете с идиотами, которые не понимают, что если болит зуб, надо идти к стоматологу? Ваш КНП – это фикция, здесь просто сидит человек, который дает рекомендации, к какому врачу пойти.

Ответа нет.
– А можно получить копию приказа СПБ ГУЗ «Городская поликлиника № 112» от 14.05.2013 № 133 «Об организации кабинетов неотложной помощи»?
– Нет.
– Почему?
– Главврач запретил.

Затем я поднимаюсь в кабинет Степановой Ю.И., чтобы читать приказ № 133 и делать выписки.
– Значит, кроме медсестры никого в штате КНП нет, и она осуществляет диспетчерские функции?
– По сути – да. Делает то, что в ее компетенции.
– Измеряет давление…
– Правильно. Медсестра должна сориентироваться… 
– Как она мне объяснила, она всего лишь направляет в регистратуру…
– Нет.
– Но она мне так сказала.
– Нет. В зависимости от тяжести пациента она либо вызывает к себе врача, либо берет пациента за руку и отводит к специалисту по профилю. Если нога болит, значит, к хирургу или к терапевту, к заведующему отделением.
– Без очереди?
– Да. Врачи в поликлинике работают в две смены: с 8 до 14, и с 14 до 20 час.
– А если врача-специалиста нет в поликлинике?
– Если нет, то направляем к терапевту или врачу общей практики. Квалификация этого врача достаточна, чтобы сориентироваться.

Конечно, «ориентировать» и «оказать неотложную помощь» реально – разные вещи. Хотя вроде бы есть соответствие приложению № 5 к «Положению об организации оказания первичной медико-санитарной помощи взрослому населению», утвержденному приказом Минздрава от 15 мая 2012 г. N 543н: «Медицинскую помощь в отделении (кабинете) неотложной медицинской помощи могут оказывать медицинские работники отделения (кабинета) неотложной медицинской либо медицинские работники других подразделений… в соответствии с графиком дежурств…» Главное – чтобы не отфутболивали с порога.

Правда, оказалось, что медсестра Петрова в КНП думала, что ее задача – лишь направить пациента в очередь в регистратуру, но Степанова описала другой порядок и начала спорить со мной, что Петрова так сказать не могла. Я дал прослушать Степановой диктофонную запись, Степанова пригорюнилась и обещала провести с отстающей Петровой, пока не усвоившей материал, дополнительное занятие.

В общем, что-то типа КНП в поликлиническом отделении № 41 уже появилось. Правда, экспресс-опрос пациентов, который я провел в поликлинике, показал, что о КНП не знает никто. Регистратура КНП не рекламирует. 
 
Выводы

Придя домой, я позвонил в регистратуру поликлинического отделения № 41 и задал вопрос: по какому расписанию работает КНП? На том конце провода женский голос сначала переспросил, потом предложил подождать, потом раздался тревожный шепот: «Звонит мужчина… Это проверка… Кабинет… Что сказать? Он есть? Какое расписание?» После чего мне сообщили, что КНП работает с 9 до 16 час. С тем, что пояснила Степанова, говорившая про двухсменную работу врачей, это как-то не согласовывалось.

После этого я позвонил в головную поликлинику № 112 (ул. Байкова, 25/1), в которую входит поликлиническое отделение № 41. Мне сказали, что КНП есть и работает с 8 до 20 час. Правда, через несколько дней ответ был иным: КНП как такового нет, но специалисты с 8 до 20 часов неотложную помощь окажут, надо только обратиться в регистратуру и эту помощь затребовать. Тогда регистратор сразу же отведет пациента в кабинет, а врач решит, принять сразу или в порядке очереди. Так что если в 41-й поликлинике не примут, можно обратиться в головное медучреждение. Кстати, в состав поликлиники № 112 входит еще поликлиническое отделение № 55. Там КНП нет.
После этого я обзвонил все поликлиники Калининского района. КНП с расписанием работы от 8 до 20 оказался только в одной из них – № 57 (ул. С. Ковалевской, 8, к.1).

Тогда я решил провести более объемное исследование: позвонил в поликлиники №№ 111 (Ольховая ул., 6), 110 (теперь № 122, г. Ломоносов), 109 (ул. О. Дундича, 8, к. 2), 107 (ул. Коммуны, 36), 106 (ул. Р. Зорге, 1), 105 (2-я Комсомольская ул., 23, к. 1). Поликлиники находятся в разных концах города, а роднит их то, что КНП не оказалось ни в одной из них! Кое-где говорили про дежурного терапевта, но это не то, что подразумевают нормативные документы, кое-где сотрудники регистратур вообще не понимали, о чем я. Следовательно, главврачам всех этих поликлиник надо для начала объявить по выговору.

Для меня все это не стало неожиданностью. Я жаловался – и специально для меня открыли КНП в поликлиническом отделении № 41 поликлиники № 112. Если кому-то такой кабинет нужен в их поликлинике – надо активно писать жалобы, и тогда КНП появится. Спасение утопающих – дело рук самих утопающих. Позаботьтесь о КНП заранее, пока ничего не болит, и в час Х это пригодится. Сами они ничего не сделают, они в ваши поликлиники не ходят – в лучшем случае, для них там делают фотографии и посылают в Смольный.

А между прочим, в приложении к закону СПб от 27.12.2013 № 775-142, на который ссылался вице-губернатор Мокрецов, предусмотрена медпомощь в рамках территориальной программы ОМС в амбулаторных условиях в неотложной форме в размере 613 руб. 20 коп. за одно посещение КНП из расчета 0,4 посещения в год на одного застрахованного жителя Петербурга.

На 2015 г. – 533 руб. 37 коп. (на 80 руб. меньше) с нормативом 0,49 посещений в год на одного застрахованного. Всего в 2014 году на неотложную помощь в амбулаторных условиях, т.е. в поликлиниках Петербурга, было отведено из средств ОМС 1 миллиард 275,07 млн руб., на 2015 г. – 1 миллиард 358,61 млн руб. Т.е. деньги отводятся, по миллиарду с гаком каждый год, а КНП нет. И где эти миллиарды, куда и кому они ушли, если КНП во всех поликлиниках нет? 

История лечения моего уха

25 ноября 2014 года я обратился в поликлиническое отделение № 41 СПБ ГБУЗ «Городская поликлиника № 112» на пр. Науки, 71/2 к врачу-отоларингологу Астахову А.П. за неотложной помощью. Пробку он мне удалил, но только мне пришлось заплатить деньги, 495 руб., поскольку пробку из уха как лечение по ОМС (обязательное медицинское страхование) врач удалять не захотел. И объяснил, что сначала надо пойти к участковому, который начинал в тот день прием в поликлинике через 5 часов. Но если заплатить деньги, то меня лишат пробки и заодно сильной боли сразу.

Я выбрал второй вариант, заплатил, пробку врач удалил, а я начал расследование. Поскольку дело не в небольшой сумме, а в принципе. К врачу, который выдавил из меня почти 500 руб., я благодарности не испытывал, поэтому сразу захотелось разобраться, должен был я платить 495 руб. или нет?              

Михаил ЗОЛОТОНОСОВ









Lentainform