16+

Какие выводы можно сделать из отказа Смольного отдать Исаакиевский собор церкви

07/09/2015

Какие выводы можно сделать из отказа Смольного отдать Исаакиевский собор церкви

Неожиданный однозначный отказ Смольного на просьбу епархии передать ей Исаакиевский собор – событие, примечательное уже само по себе. Сложно сказать, является ли это прецедентом с формальной точки зрения, но по своему масштабу оно, безусловно, эпохально.


          В городе с самым православным губернатором РПЦ не отдали самый важный в ее истории собор. Не менее важно и то, что это событие укладывается в череду других, прежде казавшихся случайностями.

Новость изначально была сообщена пресс-секретарем губернатора Андреем Кибитовым. В условиях экономического кризиса правительство не готово взять на себя расходы по содержанию собора, написал он в Твиттере.

До последнего момента большинство наблюдателей полагали, что Смольный, не желая ни отдавать собор, ни обижать епархию публичным отказом, постарается дело затянуть. Либо вообще не будет ничего отвечать, по неофициальным каналам предложив князьям церкви повременить с этим вопросом, либо, в крайнем случае, согласится, но затянет переезд музея на 6 лет (максимально допустимый законом срок), предоставив решать эту проблему следующему губернатору. А Смольный взял и проявил несвойственную ему решительность, ответив отказом. (Справедливости ради следует отметить, что источники «Города 812» в городской администрации прогнозировали такой итог с самого начала )

Руководитель юридической службы патриархии инокиня Ксения сразу же заявила, что отказ незаконен и может быть обжалован в суде. Закон действительно фактически не оставляет органам власти права отказывать религиозным организациям на такие просьбы. За единственным исключением – не могут передаваться объекты Музейного фонда.

Впоследствии Кибитов опубликовал скан письма в епархию, в котором как раз об этом и идет речь: «в его (собора. – А.М.) фондах находятся тысячи предметов, составляющих неделимую коллекцию и являющихся частью Музейного фонда». Правда, по информации «Города 812», само здание собора к музейному фонду не относится. Таким образом, очевидно, с юридической точки зрения позиции патриархии крепче.

Представить, что патриархия станет судиться со Смольным за Исаакий, – все равно как представить, что между Россией и Украиной начнется война. Потому что фактически этот суд будет означать не войну РПЦ с администрацией одного города, пусть даже и почти столичного, а войну РПЦ с Кремлем. (Мало кто сомневается, что судьба Исаакия решалась именно там.)

Но то, что вчера казалось немыслимым бредом, сегодня запросто становится реальностью.

Смольный со своей стороны не демонстрирует никакого желания гасить конфликт. Об этом свидетельствует, например, факт публикации в Твиттере Андрея Кибитова письма Смольного в епархию. Зачем подливать масла в огонь, если нет желания раздуть его поярче? Сами формулировки письма тоже примечательны. В нем говорится, что Исаакиевский собор является памятником мирового значения «наравне с такими общепризнанными символами Петербурга, как Спас-на-Крови и Петропавловский собор».

Иными словами, одним письмом церкви сказали «нет» сразу три раза. А директор Исаакиевского собора Николай Буров подтвердил на этой неделе «Городу 812» свое намерение пересмотреть отношения с приходами церквей, входящих в его музейный комплекс.

Буров запросил комитеты Смольного, имеет ли он по закону право не брать с приходов арендную плату и не требовать с них участия в оплате коммунальных платежей. И если он получит ответ, что так нельзя (а иного вряд ли стоит ожидать), соответствующие требования будут включены в договоры. Особенно сложной, видимо, будет обстановка в Сампсониевском соборе, настоятель которого, протоиерей Александр Пелин, вступил с Николаем Буровым в открытый конфликт.

В частности, он разослал письмо, полученное им, по его словам, по электронной почте от неизвестного, в котором этот неизвестный обвиняет Бурова в уничтожении барельефа Мефистофеля. Отвечая на вопрос «Города 812», о. Александр Пелин сказал, что не боится осложнения отношений, так как уже принято решение о передаче Сампсониевского собора церкви. Николай Буров, однако, утверждает, что решение еще не принято и только обсуждается. В общем, оба они получат еще массу возможностей попортить друг другу кровь.

Гипотетический суд Смольного и патриархии – событие космического масштаба и федерального уровня, последствия которого предсказать сложно. Однако есть у истории с Исаакиевским собором и локальные отголоски.

В частности, совершенно в новом свете выглядит теперь июньский конфликт вокруг строительства церкви в парке Малиновка. Тогда, напомним, противники строительства договорились со Смольным, что в Генплане весь парк останется парком. Это подтвердили и Игорь Албин, и Георгий Полтавченко. После чего единороссы в ЗакСе проголосовали за выделение на территории парка пятна под застройку. И хотя городские власти разрешение на строительство все равно отменили, факт остался фактом: Смольный выступал против строительства церкви, а ЗакС во главе со своим спикером Вячеславом Макаровым – за.

Тогда все подумали, что это просто случайность. Но когда случайность повторяется, она перестает быть случайностью. Смольный отказывается передавать Исаакиевский собор. Через день Вячеслав Макаров встречается с митрополитом Варсонофием, после чего абстрактно, но вполне однозначно говорит, что «все должно быть по закону, как бы суров он ни был». В промежутке – история с Мефистофелем, в которой (пока только непонятно, как именно) замешаны муниципалы Петроградского района, вотчины спикера ЗакСа.

О чем это говорит? Можно предположить, что трещина между Смольным и епархией гораздо серьезнее, чем кажется. И Вячеслав Макаров нашел себе в этой ситуации настоящего боевого союзника.

Диакон Андрей Кураев:

– Приведет ли отказ передавать Исаакиевский собор церкви к удушению отношений епархии со Смольным?
– Я думаю, никаких внешних изменений не будет. Те же поцелуи, награды, поздравления, что и раньше. Пока человек на посту, все ему улыбаются. Ушел с поста – из сердца вон. Проблема епархии в том, что она оказалась совершенно не готова к публичному отстаиванию своей позиции по Исаакию и полностью проиграла на этом поле. Во-первых, не были подготовлены убедительные аргументы. Во-вторых, спикеры епархии путались в своих заявлениях и противоречили друг другу. То говорили, что вход в собор будет бесплатным, то заявляли, что ничего менять не будут и билеты останутся. Но самая большая глупость – это то, что суть их обращения к городским властям сводилась к следующему: давайте нам управление собором и прибыль от него, а содержание будет за ваш счет. В нынешних условиях, когда у государства не хватает денег даже на охрану музеев, чиновники вряд ли порадовались такому предложению.

– Решение судьбы собора – это локальная история или оно должно было согласовываться в Москве?
– Это решение согласовывалось в Москве. Учитывая, что и патриархия по этому поводу высказывалась, и министр культуры Мединский, это был вопрос московского уровня.

– Значит, это имиджевый удар по патриарху и нашему митрополиту?
– Не думаю, что для них это удар. Что касается патриарха – так ведь формально это не его инициатива была. Удалась бы – ему плюс. Не удалась – он тут ни при чем. Варсонофий тоже вряд ли потеряет в своем аппаратном весе, потому что все это не скажется на отношении к нему со стороны патриарха, а мнение «рассерженных горожан» обнуляется речевкой: «Нас ненавидят за то, что мы такие духовные!»

– Неделю назад вы говорили, что если за увольнением священника с поста директора Херсонеса последует отказ в передаче церкви Исаакия, это может свидетельствовать об охлаждении отношений между светскими и духовными властями.
– Пока рано делать однозначные выводы. Но то, что в чиновничьей среде копится раздражение от все растущих постоянных просьб со стороны РПЦ, – очевидно. Особенно раздражает то, что социальной отдачи от вливания денег в церковные проекты на макросоциальном уровне не наблюдается. Можно сравнить динамику роста числа церквей со статистикой преступлений и убедиться, что одно не влияет на другое.

Константин Ерофеев, адвокат:

– РПЦ имеет право оспорить отказ правительства города передать здание Исаакиевского собора в пользование. Статья 8 327-ФЗ от 30 ноября 2010 года «О передаче религиозным организациям имущества религиозного назначения, находящегося в государственной или муниципальной собственности» устанавливает несколько оснований для отказа в передаче здания Церкви. Если это не имущество религиозного назначения, если заявленная цель не соответствует религиозным целям, если заявление подала иностранная церковь, если есть решение суда, которое предусматривает иной порядок распоряжения данным имуществом. А также – если имущество находится в безвозмездном пользовании другой религиозной организацией или является помещением в здании, не относящемся к имуществу религиозного назначения.

На мой взгляд, юридических оснований не передавать церкви здание Исаакиевского собора не усматривается. Такие обстоятельства как «экономическая ситуация» (РПЦ не сможет сама содержать такое огромное здание) или «мнение горожан» в законе не указаны… Но, возможно, законы теперь откорректируют специально для этого решения.

Кроме того, есть еще закон Санкт-Петербурга «О передаче религиозным организациям имущества религиозного назначения, находящегося в государственной собственности Санкт-Петербурга», принятый в 2012 году. Он устанавливает, что именно правительство формирует план передачи зданий для церкви, а также организовывает комиссии по урегулированию разногласий. Эта комиссия была создана постановлением от 1 марта 2013 года.                

Антон МУХИН, фото spbda.ru











Lentainform