16+

«Почему наш народ считает красотой подожженную в центре Москвы дверь или прибитую к брусчатке мошонку»

09/11/2015

«Почему наш народ считает красотой подожженную в центре Москвы дверь или прибитую к брусчатке мошонку»

Художник-акционист Петр Павленский поджег дверь здания главного управления ФСБ на Лубянке. Известного своими скандальными перфомансами питерского художника задержали вместе с репортерами, освещавшими ночную акцию. Блогеры активно обсуждают поступок Павленского и размышляют, возможно ли такое в США.


          Столичные правоохранительные органы задержали петербургского художника Петра Павленского после того, как тот вылил канистру бензина на дверь ФСБ на Лубянке. Попыток скрыться с места своего перфоманса он не предпринимал, а наоборот охотно позировал журналистам и фотографам, среди которых был популярный блогер Илья Варламов. Задержанного доставили в ОВД «Мещанское». Он обвиняется в мелком хулиганстве по статье 20.1 КоАП. Вместе с ним в полицейский участок попали  журналист "Дождя" Владимир Роменский и журналист-фрилансер Нигина Бероева.
 
По словам адвоката Павленского Ольги Чавдар, от ее клиента во время добивались ответа на один вопрос: «Хотел ли он смерти кому-либо?». Судя по тому, что он дос их пор в отделении полиции, ответа на этот вопрос стражи  правопорядка так и не ответили.
 
Сам художник объяснил замысел своего перфоманса так: страх превращает свободных людей в слипшуюся массу и угроза нависает над каждым. На сегодняшний день, отмечает Павленский, все люди так или иначе находятся в пределах досягаемости для устройств наблюдения и прослушивания, а военные суды ликвидируют любые проявления свободы воли.
 
В Рунете акция Павленского вызвала широкий резонанс. Правда, реакция оказалась неоднозначной — от поддержки до осуждения. Об этом написал в своем блоге публицист Виктор Шендерович.
 
«В многочисленных комментариях акции Павленского в Сети доминирует мнение, что его надо лечить. 
 
Пишут это психически крепкие россияне, легко пережившие бомбежки Грозного, Норд-ОСТ, Беслан и прочие массовые смертоубийтва своих сограждан, — как их отцы и деды, не приходя в сознание, легко пережили массовые смертоубиства ГУЛАГа, Катынь, Будепешт, Берлин, Прагу, «афган»...
 
Как много вокруг психически здоровых людей. Слава Петру Павленскому».
 
Журналист Антон Красовский считает, что Павленский в своих акциях начинает переходить грань искусства, призывая уже отчасти к насилию: «Печалит не сам Павленский: в его стремлении сгореть красиво есть что-то провинциально-древнегреческое. Геростратовое. Чем еще может запомниться посредственный, но смелый мужчина с имперской периферии? Завтра, если его не посадят, он швырнет горящую бутыль в судью. Пожилая нехорошая женщина умрет на третий день после художественного акта с многочисленными ожогами кожи, вечно пьяные сорокалетние интеллектуалки будут стоя аплодировать художнику в Жан-Жаке, пока не упадут, как водится, под стол.
 
Грустно от того, что публика не оставляет народу шанса поверить в свою нормальность. В то, что другие люди, в публику не затесавшиеся, могут оказаться и не хуже. А – иногда – Господи, ну этого не может быть просто – и лучше. Чекисты – все мрази, – жечь их. Военные – скоты. Менты – детоубийцы. В Кремле – кровопийцы. Народ весь – сволочь, и только Гаага нас спасет. Есть высший суд, он ждет.
 
Вы – считающие нормой и красотой – прибитые к брусчатке яйца и подожженную дверь дома в центре Москвы, вы, нюхающие кокаин по сортирам недорогих пабов, вы – не платящие налоги, крайне мало и очень не интересно работающие за деньги какого-нибудь отъехавшего олигарха, вы, удовлетворенно наслаждающиеся красненьким за 150 долларов после смелого антипутинского шествия, вы жульничающие, мелко-подличающие, уходящие в запой, упивающиеся ленью, глупостью, своим пустозвонством, вы стареющие вместе со своими надеждами отказываете народу быть такими же, как и вы – нормальными. Обычными людьми. Пытающимися с.., недоплатить, обматерить, пьяным сесть за руль, унизить слабого, сбежать от проблем.
 
Вы, до рвоты заболтавшей чушью про Гаагу, отказываете народу и самим себе в праве судить своих собственных преступников. В праве быть страной. Нормальной страной. Вы, день ото дня орущие об отсутствии правосудия и справедливости, закона и чести, сами делаете все для того, чтоб этого тут не было никогда. Ибо честь, справедливость, совесть, закон, любовь – это норма. А вы все – психи. И я – увы – тоже».
 
К своему комментарию Красовский добавляет один вопрос: какова бы была перспектива Павленского, если бы он в США поджег двери ФБР. Обозреватель Иван Филиппов отвечает Краовскому в своем блоге: ««Вот Антон Красовский в связи с акцией Павленского задает вопрос: а что бы сделала американская судебная система с художником-акционистом, который бы поджог дверь центрального офиса ФБР. Вопрос очень любопытный на самом деле. Зависит от того как бы обвинение сформулировали: если просто destruction of federal property, например, то ерунда, а вот если как терроризм.. Но вопрос очень теоретический, поскольку у офиса ФБР в Вашингтоне двери стеклянные, их хрен зажжешь. А самое важное, человека с канистрой бензина, направляющегося к этим стеклянным дверям, с наибольшей вероятностью бы уложили мордой в пол метров за 100. Или застрелили.
 
В связи с этим у меня вопрос: а как так, что к главным дверям одного из важнейших объектов города может человек с канистрой бензина подойти? И еще поджечь? А если бы человек, простите, с килограммом тротила был? Или с камазом? Вопрос ведь не праздный в свете последних событий...».
 
Нашлись и те, кто считает поступок Павленского очень смелым — ведь за «нападение» на управление ФСБ в условиях современной обстановки художнику могут назначить в качестве обвинения и «теракт».
 
«С добрым утром! Павленский очень крутой – это горит главный вход в здание на Лубянке. "Горящая дверь Лубянки — это перчатка, которую бросает общество в лицо террористической угрозе», –  пишет Николай Эппле.
 
«Павленский – безумен. Причем его безумие на грани (а иногда уже за гранью) пророчества, к примеру, Исаии, который ходил босым и нагим, предупреждая о предстоявшем египетском плене. Или Диогена, который не мог привлечь внимания горожан философскими лекциями, но легко собирал толпу птичьим верещанием», – подмечает главред агентства «ЦентрРус» Дмитрий Краюхин.
 
Других возмущает тот факт, что любой человек может так беспрепятственно подойди к дверям одной из главнейшей в стране структуры и поджечь их.
 
«Я не готов обсуждать эстетические достоинства акции известного деятеля и давать им правовую квалификацию. Мне крайне любопытно, что человек может приблизиться к дверям одного из самых охраняемых зданий Москвы и страны с канистрой, которую он, судя по всему, нигде не прятал (да и если прятал – все равно штука немаленькая) облить двери горючей жидкостью и зажечь их.
 
Я ни разу не конспиролог, но история какая-то совсем загадочная. Опять же непонятно, добирался ли он до Лубянки на такси (на чьей-то машине) или общественным транспортом. Если последнее – то вопросов еще больше», – пишет Павел Аптекарь.
 
Блогер  Елена Соловьева считает акцию Павленского настоящим искусством. 

«То, что сделал Павленский – это настоящее искусство. Живое, реальное, врывающееся в нашу повседневность, говорящее с нами. Конечно, сейчас повылазят из всех щелей знатоки и ценители, которые будут объяснять, что это ни фига не искусство, что всё это хулиганство, порча имущества и желание обратить на себя внимание. Но даже они и даже те, кто ни хрена не понимает в акционизме и перформансах, легко считают посыл, который автор вложил в свою работу, даже у них сочетание "огонь" + "Лубянка" вызовет ясные ассоциации», – пишет блогер.                 

Фото: vimeo.com








Lentainform