16+

Как мы догоняли Португалию, но бросили

25/01/2016

СЕРГЕЙ БАЛУЕВ

Шестнадцать лет назад (дело было в декабре 1999-го) Путин обещал догнать Португалию. Не во всем, конечно, – только по размеру ВВП в расчете на душу населения, но подразумевалось, что как только по этому делу догоним, то и во всем остальном счастье придет. Будем как португальцы – не первые люди в Европе, но всё же: станем жить, как они: не слишком богато, но прилично.


           Говорил Путин, что за 15 лет сможем догнать, если будем двигаться в правильную сторону.

Про эту идею – догнать и перегнать Португалию – сколько-то лет вспоминали, а потом перестали. Вроде забыли ровно тогда, когда цель была уже почти достижима. В 2007-м ВВП у нас на среднюю душу уже был процентов 70 от португальского. А теперь опять все вернулось туда, с чего начиналось: в 2015-м у нас – 8447 долларов на одну душу, в Португалии  – 18 984 доллара. То есть  разница больше, чем в 2 раза. А сейчас с падением рубля вообще кошмар. 

В общем, съездил я тут в эту Португалию – чтобы портвейна выпить и посмотреть, что мы потеряли.

Эту Португалию Путин тогда, 16 лет назад, очень правильно выбрал в качестве объекта догоняния. Понятно, что выбирал страну победнее, а тогда Португалия в ЕС самой бедной и была. Но получился очень точный выбор. Потому что эта Португалия на нас похожа. Не во всем. Но всяко больше, чем Франция или Финляндия. Во Франции слишком вкусно готовят. И слишком беззаботно улыбаются. В общем, нам такими  никогда  не стать. А в Финляндии все очень правильно устроено, даже правильнее, чем в Германии.  И каждый финн эту правильность понимает. Ясно, что нам до финнов за 15 лет было никак не дойти.

То ли дело Португалия – была великой империей, которая когда-то поделила с Испанией мир ровно напополам: всё, что слева, – Португалии, всё, что справа, – Испании. Или наоборот. Это неважно. Важно, что полмира были португальскими. Всякие там Бразилии, куски Индии, Макао и прочая Индонезия, не говоря уже об Анголе и остальной португальской Африке.

И вот вся эта великая португальская империя закончилась. И теперь мало кто об этом за пределами Португалии помнит. А португальцы помнят. Страдают, но обратно присоединить Гоа не пытаются. Правда, был у них диктатор Салазар (интеллигентный человек, профессор экономики), хотел Великую Португалию возродить, но умер. То есть сначала его инсульт разбил и ему два года рассказывали, что он еще диктатор, хотя он уже был почти что никто. А потом он умер. И Португалия в итоге стала тихой задворкой Европы.

Поэтому поют португальцы жутко печальные песни под названием фаду, по сравнению с которыми наш «в той степи замерзал ямщик» – жизнерадостная песня.

Для своего печального состояния португальцы придумали специальное слово – «саудаде». Это такое состояние души, в котором печаль смешана с ностальгией по утраченному и тоской по неосуществимому.

То есть понятно, что мы с португальцами похожи. У нас тоже была Великая Эпоха, хотя до саудаде мы еще не дошли.

И вот как раз в тот момент, когда мы были готовы смириться и петь про ямщика еще печальнее, бросил эту погоню за Португалией Владимир Путин и решил засунуть нас в веселую круговерть с русским миром во всем мире, Донбассом и Сирией. Чтобы живенько было.  А то видит – очень скучно в этой Португалии живется.

И теперь мы не пьем портвейн, заедая его сыром, по причине дороговизны одного и отсутствия другого.

Зато скуки нет. Если когда-нибудь решим, что скука лучше, придется опять начинать догонять Португалию. Это лет пятнадцать, если идти в правильную сторону. Как говорил Путин в 1999 году.                     

ранее:

«Зря на стадион на Крестовском пытаются нагнать тысячи рабочих. Это только замедляет работу...»
Прогноз на Год Обезьяны: про внешнюю политику и про внутреннюю...
«Раньше Путин был манипулятором 1, 3, 4 и 6 типов. А сейчас из его арсенала выпал тип 3»
«Обидчивость – то, чем мы отличаемся от остальных»
Почему мы тянем с переходом к традиционным ценностям











Lentainform