16+

«Наши продюсеры боятся спорных тем в кино: никто не знает, что запретят через полгода-год, когда фильм будет готов»

04/02/2016

«Наши продюсеры боятся спорных тем в кино: никто не знает, что запретят через полгода-год, когда фильм будет готов»

В 2015-м ходили даже чуть хуже, чем в 2014-м. В прошлом году на отечественные фильмы купили только 17,9% от всех проданных билетов (в 2014-м – 18,01%). И это несмотря на заявления властей разных уровней о поддержке отечественного кинематографа.


         «Город 812» разбирался, почему российское кино проигрывает американскому: денег не хватает, снимать не умеют или дело в чем-то другом?

Уже несколько лет как российское кино пытаются спасать. Одна из постоянно циркулирующих идей – закрепление квот на российские фильмы в прокате. Чтобы заставить кинотеатры показывать отечественную продукцию. Квоты предлагаются разные: то не меньше 20% сеансов с российским кино, то не меньше 40%, иногда – не меньше 50%.

Но каждый раз идея оказывается недореализованной. Как говорит один из инициаторов подобных проектов, депутат Госдумы  Роберт Шлегель, «выяснилось, что российских фильмов в прокате и так довольно много».

То есть фильмы российские вроде бы есть, но народ на них ходит плохо.

Причин сами участники кинопроцесса называют несколько.

Индустрия

Под индустрией кинодеятели понимают всё: кинокомпании, систему проката, идеи, людей – всяких там продюсеров, режиссеров, сценаристов, художников, прокатчиков и т.д. Считается, что индустрия должна стать похожей на американскую, потому что равняться на что-то меньшее – глупо. В киноиндустрии США 2 миллиона рабочих мест. Годовой оборот – 500 миллиардов долларов. В общем, как минимум по объемам и доходности до США нам далеко.

«Разговаривал недавно с одним продюсером, – рассказывает режиссер и сценарист Денис Нижегородцев. – Он сказал: «Понимаю ли я, как устроен наш кинобизнес? Иногда мне кажется, что понимаю, а потом вдруг что-то происходит, и я снова его не понимаю». Что обычно подразумевается под «киноиндустрией в западном понимании»? Четкость, отлаженность всех процессов от написания сценария до съемок, выхода фильма на экраны и последующего проката. Другими словами, системность во всем».

«Мне кажется, что первый и основной признак индустрии – это чтобы хотя бы 50 процентов фильмов окупались, – говорит продюсер и сценарист Василий Корвяков.  – Когда окупается 5–7, максимум 10 процентов фильмов в прокате, можно говорить о чем угодно, но только не об индустрии».

«Не хватает института узких специальностей, – считает продюсер Дмитрий Николенко. – У нас много продюсеров, режиссеров, актеров, а вот хорошего второго режиссера найти очень сложно. Нет такого места, где бы учили хороших вторых режиссеров. Или профессия «помощник режиссера» – такой человек сейчас часто еще работает «хлопушкой» и скрипт-супервайзером. Такие специалисты случайным образом находятся через знакомых».

В общем, случайность – определяющее для отрасли понятие. Если повезет, то продюсер рискнет взяться за проект, который, в свою очередь, заинтересует один из телеканалов или кинокомпанию. И – если повезет – это понравится зрителем. То есть успех в России – это сумма случайностей.

Государство

О роли государства кинодеятели говорят осторожно. Стараются не ругать.

Государственное участие в индустрии – это прежде всего деньги, их выделяют Министерство культуры и Фонд кино. Они проводят отбор заявок. Привлекают экспертов. Считается, что для исторического проекта решающим является поддержка Российского военно-исторического общества (председатель – Владимир Мединский). Для большинства кинокомпаний государственная поддержка – единственный шанс реализовать проект.

«Государство в любом случае управляет процессами в киноиндустрии, – говорит Дмитрий Николенко.  – Другой вопрос, хорошо это или плохо. Я считаю, что хорошо. Процессы должны контролироваться. Государство помогает, но ограничивает – только в тех рамках, в которых оно помогает».

«Есть табуированные вещи, – говорит сценарист Федор Деревянский. – Они просто запрещены, и всё. И не могут быть поводом для диалога, обсуждения. Например, тема сексуальных меньшинств. Или почти всё, что связано с церковью. Также тема Украины. От этой темы все бегут. Но лишь малая часть этих запретов спускается сверху: говорят, на этот счет существуют конкретные письменные распоряжения. Всё остальное является проявлением личных опасений продюсеров. Просто потому, что никто не знает достоверно, что будет разрешено через полгода или год, когда фильм на спорную тему будет готов».

Страх

Осторожность – очень важное слово, оно определяет настроения в российском кинобизнесе.

«Автор, сценарист, задумал вещь, проект – пусть это будет кочан капусты, – рассказывает Василий Корвяков. – Прежде чем отдавать заявку на студию, автор сам кочан немного «подрубил»: он знает, что могут не пропустить редакторы студии. Редактор на студии тоже с запасом «подрубает2 заявку – знает, что может не понравиться его руководителю. Руководитель студии тоже «срезает» лишнее. Потом – редактор, например, на телеканале. В итоге до руководства канала доходит только «кочерыжка». Почему так происходит? Человек на канале, который сделал успешный проект, почти ничего не получает. Если он сделал то, что делать не следует, то он рискует потерять все».

«Мне кажется, люди чувствуют себя необоснованно зажато, – считает продюсер и сценарист Михаил Идов. – Конечно, есть преклонение перед Западом и нежелание слушать свой собственный голос. Часто говорят: давайте посмотрим, как сделали американцы, и попробуем сделать русский аналог того-то или чего-то».

В качестве самого очевидного примера приводят историческую драму «Викинг», которая выйдет на экраны в декабре 2016 года, она с самого начала заявлялась как русский ответ американской «Игре престолов». Впрочем, таких примеров масса.

«Часто люди не рискуют начинать что-то новое в смысле формата или сюжета, – считает Михаил Идов. – Страшно, и даже мешает мысль: мы же второй сорт, как же мы можем… На самом деле, единственное, что по-настоящему мешает, – вот этот самогипноз. Когда так мыслят руководители каналов – это понятно: они хотят получить гарантированную прибыль. Но такого ни в кино ни на телевидении быть не может. Первое правило Голливуда: никто ничего не знает наверняка».

Василий Корвяков приводит в пример ситуацию с мультфильмами.

«Одно что-то выстрелило, за ними побежали все остальные, – размышляет Василий Корвяков. – Но есть «лаг» в полтора-два года – пока будет написан сценарий, пока фильм будет снят, ситуация уже изменится. То есть если идти за трендами, то нужно быть вторым, максимум третьим, потому что именно эта позиция позволяет меньше вложить, больше собрать. Тот, кто первый ломает лед, тому очень тяжело. И перспективы собрать миллионы – они очень туманны, но второму уже легче. А вот восьмому остается очень мало. И самое «замечательное» – в процессе понять, что проект, который делается сейчас, уже никому не нужен».

По мнению Василия Корвякова, правильный путь: попытаться тренд если не создать, то хотя бы обогнать.

Сценарии

Считается, что российскому кино катастрофически не хватает людей, которые умеют придумывать истории. То есть сценаристы есть – а истории не придумываются.

«Сейчас очень странная ситуация, – говорит Корвяков. – Есть огромное количество начинающих сценаристов». Масса обучающих курсов и школ обещают научить писать сценарии за два-три месяца. Но даже если среди них вдруг окажутся талантливые сценаристы – пробиться в киноиндустрию им практически нереально.

«На студиях первыми под сокращение попали редакторы, – рассказывает Федор Деревянский. – То есть люди, которые обеспечивали фильтр от внешнего мира к продюсерам. Сейчас количество входов в индустрию сокращается до нуля. Если раньше начинающий сценарист мог связаться с компанией напрямую, отправив свою работу по указанному на ее сайте адресу электронной почты, и мог надеяться, что его заявку прочитают, то сейчас такие послания могут оказаться непрочитанными. Вход в индустрию для сценаристов без опыта и фильмографии очень затруднен».
Деревянский и другие создатели компании Teamwriting проводят питчинги сценарных проектов – считая, что таким образом они помогают решить «сценарную проблему». Питчинги и конкурсы – практически единственная возможность для сценариста заявить о себе, в случае удачи он может встретиться с продюсером и даже ему приглянуться.

Выглядит питчинг так: три десятка человек собираются в душной комнате: сценаристы рассказывают продюсерам о том, что написали. Каждый надеется, что его проект вызовет интерес. На питчинг, который проводил Teamwriting, было подано несколько сотен сценарных проектов. Для собственно  питчинга – презентации продюсерам – отобрали одиннадцать. В итоге ряд сценариев проданы, о некоторых продюсеры думают.

Насколько это изменит ситуацию на сценарном фронте – никто не знает. Пока есть мнение, что сценарии у нас пишут не про тех и не для тех.

«Нынешние сценаристы и продюсеры пишут не для главной киноаудитории – молодежи в возрасте от 14 до 25 лет, а для самих себя, какими они были 20–30 лет назад. Поэтому появляются истории, которые мало интересны главным зрителям», – говорит Василий Корвяков.

Перспективы

Понятно, что в проблемах отечественного кино и телебизнеса винят Интернет. Говорят, что последние прибыльные годы в советском кинематографе – 1986-й и 1987-й. После этого наступила эпоха видеомагнитофонов и видеосалонов. Что-то похожее происходит и сейчас. Из-за распространения Интернета.

Правда, ситуация с Интернетом не уникальная для России. Для всех это проблема. И бюджеты на кинопроизводство у большинства стран гораздо меньше, чем в США. Тем не менее Скандинавия, Германия и Израиль оказались способны придумать новые форматы – по крайнем мере, в телесериалах.

А в России 2016-й объявили Годом кино. И выделили 2,2 млрд рублей на то, чтобы кинотеатры чаще показывали российское кино. Эти средства будут раздавать региональным кинотеатрам. В обмен кинотеатры обязуются отдавать не менее половины сеансов под русские фильмы. Еще Минкульт и Фонд кино подписали меморандум с частью киносетей, что они постараются отдавать под отечественный продукт не меньше 20 процентов сеансов. То есть идея квотирования все-таки остается главной нашей идеей.

Каких историй не хватает нашему кино?

Михаил Идов, продюсер, сценарист, писатель:

– Если говорить о жанрах, то отсутствия некоторых из них в российском прокате я вообще не понимаю. Почему, например, нет малобюджетных фильмов ужасов? Мне кажется, Россия идеально заточена под этот жанр. Есть подвижки в этом с легкой руки Бекмамбетова и других людей.

Мне не хватает жанрового задора. Мне не хватает желания очень хорошо сыграть по законам какого-то жанра. Не ломать его сразу в пользу авторского высказывания, как учат во ВГИКе, а просто взять любой жанр и сделать в его рамках хорошо и оригинально. Это, на мой взгляд, задача не менее важная, чем создать очередного Сокурова.

Дмитрий Николенко, продюсер:

– Не хватает современного героя. Мы много обращаемся в нашем кино к истории, к героям прошлого. У нас прекрасно получается брать героя из прошлого.  «Легенда 17» – один из лучших примеров хорошего массового кино о герое. Речь не о герое нашего времени, не о собирательном образе, а о человеке, которому большинство хотело бы подражать. Я считаю, что такого героя можно было бы «достать» из неожиданного какого-то места. Американцы это делают всегда и очень хорошо. Они придумали ковбоев, придумали супергероев. То есть речь идет о формировании новой мифологии.

Федор Деревянский, сценарист, режиссер:

– Если говорить про некую жанровую статистику, то пишут почти про всё. Проблема в другом. Наши авторы очень любят сочинять из головы. Не изучать материал, не обращаться к реальным историям. Часто пытаются найти какую-то идеальную формулу, high concept, которой они могли бы удивить мир. А там, где требуется кропотливая работа, сбор и исследование, – либо вообще не смотрят в эту сторону, либо не способны технологично и профессионально переложить историю из жизни для экрана.

Дмитрий Живов
, сценарист, режиссер:

– Не хватает историй для детей: как сказочных, так и реалистичных. Штучные полнометражные проекты последнего времени – «Реальная сказка» и «Книга мастеров» – особого успеха не имели. Даже если взять «Ералш» и сравнивать то, что снимали в советское время и сейчас, – это небо и земля. Пропала искренность. Сделать что-то одновременно серьезное и наивное, доступное зрителю всех возрастов, но без нарочитого заигрывания и сюсюканий с младшей возрастной категорией – очень непростая задача. Впрочем, это всё не относится к анимации: «Богатырям и Ко» удалось нащупать интонацию, стиль и материал, которые оказались близкими очень широкой аудитории. 

Не хватает и серьезных action-проектов. Наверное, потому что это не самые легкие деньги. Производство качественного фильма в этом жанре (будь то чистый боевик или фантастика) по умолчанию стоит дорого, а окупившиеся отечественные проекты можно пересчитать по пальцам. Из успешных проектов вспоминается разве что «Вий». Зато недостатка комедий и мелодрам почти не ощущается.

Василий Корвяков, продюсер, сценарист:

– Зритель хочет видеть реальность. Когда мы снимаем сериал, то улучшаем реальность. Например, когда мы снимаем милиционера, то он живет в квартире, которую он не может себе позволить, если он честный. Почему так? Потому что по картинке интереснее. Когда технически входишь в интерьер, например в двухкомнатную квартиру в хрущевке, то это кошмар для съемочной группы: тесно, все работают друг у друга на головах. Но в какой-то момент ты понимаешь, что зритель понимает: что-то не то…

Или десять лет женские сериалы почти не меняются. Проблемы решаются деньгами. Либо болезнь, на лечение которой нужно найти деньги. Либо злой человек в городе, которого побеждает тот, кто дал больше денег. А нужны реальные проживания. Реалии, которые существуют в жизни.
Мне кажется, что одна из главных проблем отечественной драматургии в том, что мы умеем завязать историю, – у нас с развязкой проблема.

Самые кассовые российские фильмы в 2015 году

1. «Три богатыря: Ход конем», мультфильм
Зрителей – 4,2 млн, сборы – 962 млн рублей

2. «Батальонъ», историческая драма
Зрителей – 2,07 млн, сборы – 481 млн рублей

3. «Битва за Севастополь», военная драма
Зрителей – 1,95 млн, сборы – 435 млн рублей

4. «Духless 2», драма
Зрителей – 1,81 млн, сборы – 490 млн рублей

5. «Призрак», комедия
Зрителей – 1,7 млн, сборы – 383 млн рублей

6. «8 новых свиданий», комедия
Зрителей – 1,63 млн, сборы – 419 млн рублей

7. «Снежная королева 2: Перезаморозка», мультфильм
Зрителей – 1,28 млн, сборы – 301 млн рублей

8. «А зори здесь тихие…», военная драма
Зрителей – 1,17 млн, сборы – 272 млн рублей

9. «Одной левой», комедия
Зрителей – 0,732 млн, сборы – 172 млн рублей

10. «Воин», спортивная драма
Зрителей – 0,917 млн, сборы – 208 млн рублей

По данным Kinopoisk.ru                

Никита ФЕДОРОВ











Lentainform