16+

Кем и зачем размножаются кластеры в Петербурге

26/08/2015

Кем и зачем размножаются кластеры в Петербурге

Мало кто знает, что в Петербурге существует почти 30 кластеров и протокластеров. А это так. «Город 812» попытался разобраться, зачем нам их так много и что они делают.


              Тайная жизнь кластеров

С кластерами в Петербурге  случилась такая же история, как с мигрантами. Оказалось, что никто не может сосчитать, сколько их в городе. И никто точно не знает, как они работают.  Первые трудности начались с определения. Все слышали слово «кластер», но что это такое – каждый понимает по-своему. Отсюда разногласия.

Cluster переводится с английского как «куст, пучок, скопление». В экономическом смысле – это группа взаимосвязанных компаний, сконцентрированная на определенной территории. В Россию слово пришло из работ Майкла Портера (Гарвардская школа бизнеса), считающегося основоположником кластерной теории. 

После того как  теория получила популярность в России, из федерального бюджета на поддержку кластеров стали выделять деньги. В 2015 году, например, потратили 39 миллиардов рублей. Но дают не всем: большая часть уходит в 25 кластеров, попавших в федеральный перечень. Он создан, чтобы отделить настоящие кластеры от «кустов», «пучков» и «скоплений». В федеральном перечне – два петербургских кластера: фармацевтический и IT-технологий.  В 2015 году они получили из федерального бюджета 30 миллионов рублей. Эксперты говорят, что других  реально работающих кластеров в Петербурге нет.

На сайте Смольного перечислены уже пять кластеров. Это судостроительный, автомобильный, радиоэлектроники, высоких технологий и инжиниринга, а также фармацевтический.

В СМИ мелькали и  другие названия: креативный, арктический,  водный, ЖКХ-кластер и разные другие. В общем, каждый мог назвать себя кластером, и от этого была путаница.

Когда названий стало слишком много, а толку от них мало, в Петербурге – примерно год назад – создали Центр кластерного развития (ЦКР). Чтобы он все кластеры сначала пересчитал, а затем хорошие развивал, а плохим помогал исправиться.

Центру выделили на это средства из городского бюджета (сколько именно, там не говорят) и выдали план. После чего центр стал быстро кластеры развивать. По данным ЦКР, в Петербурге сегодня насчитывается уже 29 (!) кластеров и протокластеров (недозрелых кластеров). Например, есть кластеры товаров народного потребления, агропромышленный,  чистых технологий, ювелирный, композитный, станкоинструментальный, креативных индустрий, а также протокластеры питания (инновационный) и непонятный – «Колтовская слобода», про который даже в Центре кластерного развития не смогли сходу сказать, чем в нем занимаются. 

Как объяснил пресс-секретарь ЦКР Дмитрий Кленов, чтобы записаться в кластеры, нужно выполнить три главных условия. Первое: фирмы, входящие в кластер, должны создать единый орган управления (управляющую компанию). Второе: написать программу развития кластера. Третье: иметь общекластерные проекты.

Но в результате такой сортировки всё, кажется, еще больше запуталось. Например, пропали из списка автомобильный и судостроительный кластеры, которые еще в 2011 году в Смольном называли в числе приоритетных и всячески поддерживали. Теперь оказалось, что поддерживали неправильно. Или – поддерживали правильно, но кластеры не оправдали.  Потому что, по данным ЦКР, нет в Петербурге таких  кластеров. Судостроительный находится еще где-то на стадии протокластера, автомобильный – вообще непонятно где.

– Раньше про автомобильный кластер много говорили, имея в виду территориальную привязку. Но по факту это не кластер. Например, часть предприятий там вообще были «дочками» одной компании. Автопроизводители недавно  договорились о  создании кластера и о том, что будут реализовывать совместные проекты. Часть предприятий такое соглашение подписали, а часть пока думают, – объясняет ситуацию  Дмитрий Кленов.

Но зато в Петербурге есть теперь два кластера с одинаковым названием. Этот удивительный казус произошел с кластерами, которые (оба!) называются «Развитие информационных технологий, радиоэлектроники, приборостроения, средств связи и инфотелекоммуникаций». На всероссийской Карте кластеров РФ (http://clusters.monocore.ru) они есть оба. Отличаются количеством участников и управляющей компанией. Одним кластером руководит Петербургская ассоциация предприятий радиоэлектроники, другим – НП «Руссофт». На официальном сайте ЦКР представлен только один из них, но список участников кластера с сайта ЦКР почему-то удален.

Как следует из отчетов, в  2015 году  центр перевыполнил план почти по всем показателям  (отчеты есть на сайте). В третьем квартале, например, план по вовлечению новых членов в кластеры выполнен на 133%: привлечено 4 компании вместо плановых трех. Проведено мероприятий на 200% от плана (шесть вместо трех). Оказана поддержка на 206% от плана  (ее получили 62 компании вместо плановых тридцати).

По словам Дмитрия Кленова, вступление в кластер – дело добровольное. Тем, кто на это соглашается, Центр кластерного развития готов оказывать поддержку,  в том числе финансовую. Кроме того, кластеры могут попытаться принять участие в федеральных программах, финансируемых Минпромторгом и  Минэкономразвития.

И меня кластрируют, и тебя


«Город 812» спросил у  «кластрированных» компаний, какая им польза от пребывания в кластерах. И какую поддержку от государства они уже получили.

Компания «Энергомаркет» в отчете Центра кластерного развития значится в числе первых, получивших поддержку. Она является координатором кластера «Развитие инноваций в энергетике и промышленности».

– Нет, помощь мы пока не получали, – отрицает гендиректор «Энергомаркета» Наталья Андрианова.
– Долгое время мы работали на общественных началах. Было бы хорошо, если бы государство поддерживало нашу операционную деятельность по управлению кластером. Когда проводили обучение управляющих компаний, нам объясняли, что за операционную деятельность нам должны платить участники кластера. Но с этим сейчас сложно. С крупными  компаниями, конечно, мы ведем переговоры, чтобы отчислять какой-то процент на нашу деятельность. А с малого бизнеса вытягивать копейки, честно говоря, трудно – и по этическим соображениям в том числе, – говорит она.

По ее словам, в кластере сейчас  состоят 16–18 предприятий, из них активных членов – около десяти. Было реализовано два общекластерных проекта. В обоих заказчиком выступил  ОАО «МРСК Северо-Запада», а исполнителем – ООО «Энергомаркет». То есть всё, как в обычном проекте.  В чем же тут «кластерность»? – удивился «Город 812».

– Компания «Энергомаркет» выполнила функции менеджера проектов. У нас было много соисполнителей-субподрядчиков, которые и создали кластерную цепочку. Они не просто субподрядчики! Проект состоит из этапов. Переход из этапа в этап и сопровождение этих этапов происходит в рамках инновационной кластерной цепочки, – не очень понятно объяснила Наталья Андрианова.

По ее словам, от кластера всем есть очень большая польза
– Потому что в кластере такие проекты реализуются, которые не могли бы выполняться вне кластерной цепочки, – уверена она.

По словам гендиректора  другого кластера –УК «Композитный кластер Санкт-Петербурга» – Вадима Зазимко, поддержки от государства пока не очень много.
– Помощь властей была  в том, что нам предоставляли возможность выступить на выставках, прорекламировать продукцию наших предприятий. Поддержка, конечно, нужна – например, в предоставлении территорий для кластера. Необходимы промышленные помещения, оборудование, территория, где можно было бы создать индустриальный композитный парк. Еще нужны субсидии или преференции от властей: по аренде, по налогам. Вот это была бы реальная помощь, – говорит Зазимко.

По его словам, сейчас в кластере  30 участников. И он очень популярен.
– К нам в кластер компании сами просятся: ищут возможность кооперации, продвижения своей продукции, – поделился он.

Кластер транспортного машиностроения «Метрополитены и железнодорожная техника» – один из старейших в Петербурге. Ему уже шесть лет, в нем 22 участника. Кластер, по словам его руководителя – исполнительного директора НП «Инновационно-промышленный кластер транспортного машиностроения «Метрополитены и железнодорожная техника» Юрия Прокопова, уже многого добился.

– Синергетический эффект налицо. Наш кластер активно взаимодействует с Комитетом по транспорту, нас включили в Научно-технический совет комитета и всех подведомственных ему транспортных ГУПов – «Метрополитена», «Горэлектротранса» и других. От имени кластера мы подписали соглашение с Центром импортозамещения, – рассказывает Юрий Прокопов.
По его словам, настоящих кластеров в Петербурге мало. 

– За последний год  у нас появилось много таких: собрались пять предприятий и объявили себя кластером. На деле – просто декларация и всё. Очень много серьезных документов нужно подготовить, чтобы юридически  зарегистрироваться как кластер, а тем более чтобы претендовать на субсидии. В Петербурге есть всего два приоритетных кластера – фармацевтический  и радиоэлектронный,  которые получают какие-то деньги из бюджета. Как стать приоритетным, чтобы нас заметили и поддержали, – не знаю. Мы субсидий никаких не видели. В Центре кластерного развития говорят: «Нам срезали финансирование, живите на свои деньги». По нашим оценкам, в Петербурге реально работающих кластеров – тех, что я регулярно встречаю на совещаниях, – семь-восемь штук максимум. А остальные собираются по большому свистку, когда нужно показать, что «вот смотрите, как много кластеров у нас  есть», – поделился Юрий Прокопов.

Неприличная рифма

– Когда  я пришел к одному высокопоставленному чиновнику и предложил участвовать в проектировании кластеров и создании новых типов производств, он, улыбнувшись, ответил: «Кластеры – х...ястеры!», – рассказал историю, случившуюся почти десять лет назад, директор Института опережающих исследований имени Шифферса, профессор Британской школы социально-экономических исследований, доктор наук Юрий Громыко.

С тех пор, по его словам, ситуация поменялась. Слово «кластеры» перестало вызывать у чиновников усмешку. Но случился другой перекос.
– Можно сказать, что лингвистическое освоение нового слова произошло. В России обычно на это уходит 6–7 лет. Теперь им заполнено всё: есть уже туалетные кластеры, сельскохозяйственные, еще какие-то. Но к процессу кластеризации это не имеет никакого отношения! Кластер – важнейшая структура для развития новых систем производства и перехода к новому технопромышленному укладу. С этой точки зрения кластерообразование было бы возможно в области создания новых материалов, новых электронных систем, новых типов энергии. Но практически нигде это пока не произошло.

Поэтому, на мой взгляд, мы пока видим словесные упражнения. Это обычное дело: доложить начальству, что мы полностью соответствуем тенденциям и даже книжки Майкла Портера читали, и умеем все модные слова употреблять. Фактически же никаких новых производственных схем создано не было. Простой пример. Мы запустили «Сапсаны» между Москвой и Петербургом. Но мы засунули их на старые рельсы, которые не предназначены для  таких скоростей. Чтобы разгонять скорости, нужно менять инфраструктуру. А для этого создавать целую систему дополнительных производств: новых материалов, лазеров, приборов. Ничего этого не происходит, мы просто заимствуем у «Сименса» создание «Сапсанов» и вбухиваем всё в старую инфраструктуру. Нет никаких системных решений. Это одна из главных проблем перехода к новому технопромышленному укладу, состоящая в том, что нужно хоронить технологические системы предыдущего уклада, – пояснил «Городу 812»  ученый Громыко.

По его мнению, на смену «сезону кластеров» в Россию скоро придет новая мода.
– В следующем «сезоне» все станет «умным». Будут умные города, умная энергетика, умный транспорт. Слово возьмут и освоят  – но так же, в основном, на бумаге. Потому что для реальных дел нужно перестраивать управленческую и организационную платформы, финансовые механизмы, а это огромный труд, за который мы пока не брались, – говорит Юрий Громыко.

Кластеры Петербурга

 

Число участников

год создания

Развитие информационных технологий, радиоэлектроники, приборостроения, средств связи и инфотелекоммуникаций

69 2012

Развитие информационных технологий, радиоэлектроники, приборостроения, средств связи и инфотелекоммуникаций

66 1999

Медицинской, фармацевтической промышленности, радиационных технологий

147 2010

Композитный

30 2015

Транспортного машиностроения «Метрополитены и железнодорожная техника»

22 2010

Кластер станкоинструментальной промышленности Санкт-Петербурга

17 2012

Чистых технологий для городской среды

24 2014

Hi-Tech и инжиниринга

29 2012

Развития инноваций в энергетике и промышленности

19 2010

Кластер товаров народного потребления

46 2012

Арктический инновационный кластер Северо-Западного федерального округа

47 2015

Агропромышленный кластер «Агрополис «Северо-Запад»

13 2011

Инновационный территориальный кластер ювелиров Санкт-Петербурга

20 2013

Лазерные технологии и оборудование

14 2004

Инновационно-технологический кластер машиностроения и металлообработки

37 2008

Кластер водоснабжения и водоотведения

10 2015

Автомобильный кластер «Автопром – Северо-Запад»

? ?

Кластер творческих индустрий Санкт-Петербурга

23 2015

 

На основе данных ЦКР и Карты кластеров РФ

Протокластеры

1.  Инновационный кластер питания
2.  Инфокоммуникационные и оптические технологии в культуре и искусстве
3. Кластер аэрокосмического приборостроения
4. Кластер судостроения
5. Кластер Digital
6. Кластер «Колтовская слобода»
7.  Конгрессно-выставочный кластер Санкт-Петербурга
8.  Полимерный кластер Санкт-Петербурга
9.Санкт-Петербургский инновационно-технологический кластер энергосбережения в ЖКХ и промышленности
10. Строительный кластер
11.  Транспортно-логистический кластер
12. Туристический кластер               

Елена РОТКЕВИЧ











Lentainform