16+

«Польский министр прав: крушение самолета Качиньского, вероятно, было тщательно спланированно»

14/03/2016

«Польский министр прав: крушение самолета Качиньского, вероятно, было тщательно спланированно»

Крушение самолета польского президента Леха Качиньского в 2010 году приобрела новую окраску после заявления главы Минобороны Польши о том, что та авиакатастрофа была терактом. Как отреагировали в России на серьезные обвинения соседей и почему это заявление прозвучало только сейчас, размышляют эксперты.


        Комиссия под руководством министра обороны Польши Антония Мацеревича начала новое расследование крушения президентского борта под Смоленском в 2010 году. По мнению военного, произошедшее было терактом.
 
«Мы были первой великой жертвой терроризма в современном конфликте», — заявил министр обороны Антоний Мацеревич.
 
Теракт был направлен против Польши, которую хотели лишить людей, ведших страну к независимости.
 
«После авиакатастрофы под Смоленском мы можем сказать, что мы были первой великой жертвой терроризма в современном конфликте, который разыгрывается прямо на наших глазах», — цитирует министра Reuters.
 
Добавим, что согласно заключению МАК, причиной крушения стали неправильные действия экипажа.
 
Независимый польский журналист Зыгмунт Дзенцёловский считает, что глава польского оборонного ведомства придерживается теории заговора.
 
«Он с самого начала является сторонником теории заговора, теракта, взрыва. Когда страной правила «Гражданская платформа», Мацеревич был депутатом польского парламента от «Права и справедливости». Ему удалось созвать специальную парламентскую группу. Теории крушения, с которыми они выступали, были смехотворные — о новых технологиях, которые применялись, чтобы сбить самолет, об искусственно созданном тумане, о бомбе из каких-то газов и так далее. Но когда Мацеревича назначили министром обороны, он созвал новую следственную комиссию. Он считает, что заключения предыдущей комиссии не обоснованы и все расследование нужно провести заново. Среди экспертов этой комиссии находятся как раз те люди, которые помогали его парламентской группе и были авторами иногда юмористических теорий. Мацеревич и политическая партия, которую он представляет, не могут согласиться с версией, что гибель самолета была связана с ошибками пилотов. Они видят в Кремле вечного врага и всячески поддерживают теорию заговора. Никаких новых доказательств, конечно, нет, но эта риторика будет продолжаться», – заявил Дзенцёловский.
 
Глава комитета Госдумы по безопасности Ирина Яровая назвала заявления Мацеревича бредом.
 
«Кого министр обороны Польши объявляет террористами — пилотов и президента Польши, которые самостоятельно принимали решения и действовали ошибочно трагично? Но оценить это как терроризм означает быть полностью неадекватным», — подчеркнула депутат.
 
Некоторые решения министра Мацеревича уже вызывали негативную реакцию в Польше. В частности, он поставил целью избавиться от офицеров, которые проходили подготовку в Советском Союзе. В ответ на это из польской армии уволились несколько ключевых военачальников.
 
Журналист Максим Шевченко считает, что польский политик не обвиняет Россию в уничтожении самолета президента.
 
«Министр обороны, очевидно, намекает, что он развалился по причине, которая была, скажем так, инсталлирована в этот самолет в том месте, откуда он вылетел. Стало быть, это на территории Польши. Стало быть, кто-то из поляков, из тех, кто имел доступ к этому самолету (это правительственный самолет), по мнению министра обороны Польши сделал нечто, что привело к гибели этого самолета еще в воздухе. Вряд ли он намекает, что он был сбит российской ракетой. Это абсурд. Стало быть, он развалился или взорвался от того, что было в нем самом», –  заявил в  эфире «Эха Москвы» Шевченко. «Самолет главы государства являлся территорией Польши. Взлетел он с территории Польши – он взлетал не с территории России, как я понимаю, да? Стало быть, заложить нечто в него могли только на территории Польши. Вероятность того, что это сделали поляки или люди, связанные с какими-то польскими спецслужбами, очень высока. Она более вероятна и более высока, чем какая-либо иная вероятность. Поэтому я думаю, что он прав. Надо выразить озабоченность. Если кто-то из поляков решил убить своих руководителей таким образом, то это серьезное, конечно, событие, которое надо расследовать. Я его поддерживаю».          
 
Фото: nnm.me







Lentainform