16+

Демократы могут победить в Петербурге, если не будут кричать, что Крым не наш

30/03/2016

Демократы могут победить в Петербурге, если не будут кричать, что Крым не наш

18 сентября будут выборы. В Думу и в Законодательное собрание. По этому поводу мы начали программу «Год выборов» на радио «Фонтанка.Офис». За две недели, прошедшие с выхода предыдущего номера, мы поговорили в эфире с лидером местной «Родины» и известным политтехнологом. Вот самое интересное из этих разговоров. Первый разговор – с политтехнологом Владимиром БОЛЬШАКОВЫМ.


         – Эти выборы будут такими же скучными, как  прежние?
К сожалению, в последние годы у нас в России выборов нет. А те, что есть, – это не выборы. Но вот, наконец, наступил момент, когда, может быть, будет что-то, отдаленно напоминающее выборы. Эти выборы будут более технологичными, то есть политтехнологи смогут вести к победе людей, пользуясь не только административным ресурсом и подтасовками, но и путем ведения обычной избирательной кампании. То есть убеждать людей голосовать за того или иного кандидата.

– Вы в каком качестве сейчас выступаете – как независимый наблюдатель или ведете какую-нибудь партию или кандидата? Это чтобы понимать, как воспринимать ваши оценки.
– Я надеюсь на этих выборах вести несколько округов и работать с теми людьми, которые мне покажутся уместными и полезными для России в моем понимании.

– Кремль говорит, что эти выборы будут честными. Зачем-то меняет Чурова на Панфилову. А чего Кремлю бояться? Зачем ему честные выборы?
– Кремль поступает так, как ему нужно. Там, где есть возможность показывать миру, какой он хороший, он показывает миру, какой он хороший и демократичный. Выборы, как бы мы их ни проводили сейчас в России,  не способны ни помешать Кремлю, ни помочь ему кардинально. И поэтому – почему бы не сделать выборы чуть более честными?

– Вы верите, что выборы и в самом деле будут более честными?
– У нас в Петербурге выборы однозначно будут более честными.  Потому что, во-первых, принят новый закон о выборах. И в городе появилось 25 избирательных мажоритарных округов по выборам депутатов ЗакСа. Это означает, что в каждом округе найдутся 2–3 человека, которые захотят стать депутатами из каких-то своих интересов. А у нас в стране вообще наступило такое время, когда надо думать не об интересах государства, а об интересах своих собственных.  Так что  я ожидаю борьбы, и она уже начинается.

– А эти желающие стать депутатами – они какие силы будут представлять?
– Я думаю, что в мажоритарных округах тем, кто собирается избраться депутатом, нет разницы, за «Единую Россию» выступать или за какую-нибудь другую партию. Люди просто хотят стать депутатами. Это люди, которых не взяли в списки. Они обижены на «Единую Россию» и на все другие партии за то, что их не взяли. Они чувствуют за собой потенциал, они имеют средства. Они хотят всем все доказать.

–  Разве лейбл «Единая Россия» не дает автоматически кандидату плюс 10–15 процентов голосов, которые в условиях мажоритарного округа и обеспечат победу? То есть борьба против кандидата-единоросса заранее проигрышна.
– Нет, это не так. Все зависит от того, какова численность избирателей в округе. Под каждую численность есть своя технология. На муниципальных выборах округа с низкой численностью – 500–2000 человек. Там просто надо обойти несколько дворов, привезти бабушкам дрова и в день голосования за руку привести их на участок. На выборах в Законодательное собрание в Петербурге сейчас укрупнили округа, получилось порядка 150 тысяч избирателей в округе. И здесь уже придется убеждать людей. Потому что избирательная кампания по принципу подкупа получится такой дорогой, что никогда не окупится. Кроме того, тратить денег больше, чем разрешено по закону, чревато.

И еще: многие избирательные комиссии в этот раз не захотят рисковать ради партии «Единая Россия». В прошлый раз они рисковали, то есть дописывали, вписывали. Что они получили за это, кроме гигантской головной боли? Ровным счетом ничего. С многими не расплатились, кого-то уволили, кому-то пришлось доказывать коллегам и знакомым, что он честный человек. А если с завучем школы перестают здороваться, для него это значимо. Это не депутат Госдумы, которому все равно, здороваются с ним или нет. То есть появился целый ряд факторов, которые заставят комиссии работать более честно.

Ну и, наконец, сейчас наступил кризис. В кризис далеко не все захотят связывать свою дальнейшую судьбу с режимом, который через какое-то время рухнет. Сейчас ситуация, с моей точки зрения, похожа на начало 90-х годов, когда те люди, которые пришли во власть, добились самых высоких постов.

– Но «Единая России» будет вне конкуренции в выборе по партийным спискам.
– В городе все находится в очень неустойчивом равновесии. Четыре партии имеют примерно равные рейтинги. И если бы выборы были абсолютно честные, то «Единая Россия» была бы в городе не первой и даже не второй.

– А кто первый?
– Сегодня, по нашим опросам, в Петербурге первые – коммунисты. На втором месте справедливороссы, рядом единороссы и  жириновцы. Разница в пределах погрешности. В городе по 20% у четырех партий. И гигантский потенциал у демократов, то есть 30–35, даже, может быть, 40 процентов.

– Да ладно!
– Но всё перетасовывается. То есть люди, которые за коммунистов, могут проголосовать за демократов, скажи им два нужных слова в нужный момент. И те же люди могут запросто пойти голосовать за «Единую Россию». В этот раз многое будет зависеть от технологов. В этот раз сделан такой закон и наступило такое время, когда против «Единой России» можно поиграть. И эта игра не закончится выстрелом в спину из пистолета. То есть можно поиграть и можно победить. Я не говорю про другие регионы, я говорю конкретно о Петербурге. В этот раз возможность провести здесь относительно честные выборы есть. Может быть, партия власти получит 5% вброса, но 5% – это не 20.

– Думаете, в Смольный не поступят контрольные цифры, что «Единая Россия» должна получить не меньше 50%?
– Указания поступят не в Смольный, но куда-то поступят. Но будут и другие указания. По телевизору выступит президент, скажет: выборы будут честными. И те люди, которые увидят президента по телевизору и получат указания по телефону, скажут: как же так? И не будут очень напрягаться.

– И «Яблоко» окажется на первом месте?
– Нет, «Яблоко» не окажется ни в коем случае, потому что «Яблоко» портит все, начиная с 1993 года, то есть с тех пор, как я занимаюсь выборами. «Яблоко» всегда против какого-либо объединения демократов. Уж поверьте, я этот вопрос изнутри знаю, сам сколько раз пытался договариваться. Со всеми можно договориться, кроме «Яблока». Хотя среди местных есть очень много хороших ребят. Но в целом партия «Яблоко» не способна победить. Она хочет отстаивать какие-то идеалы, и бог с ним, пусть отстаивает. Я сейчас торжественно клянусь, что пока не окончатся эти выборы, ни одного слова плохого не скажу ни про одну оппозиционную партию.

– Вы только что про «Яблоко» уже наговорили.
– Последний раз высказался, больше никогда и ни про кого. Почему? Потому что сейчас нужно, чтобы была какая-никакая оппозиция. Пусть это будет Навальный, Касьянов, пусть это будет Титов. Нужны люди, которые мыслят по-другому. Потому что главная проблема страны – что нет абсолютно никакой ротации.

– Сейчас много говорят о конфликте между Смольным и «Единой Россией». Это скажется на выборах?
– Предположить, что Смольный и «Единая Россия» устроят здесь взаимное истребление, я совершенно не могу. Это люди, которые, если им позвонят, будут дружить, в обнимку ходить. Они в одной лодке, они ее стараются раскачивать так, как им выгодно.

– Зачем они ее раскачивают?
– Ну, во-первых, необходимо подбрасывать конфликты. Это общая политика, которую ведут те политтехнологи, которые сидят в Кремле. То есть лодочку нужно покачивать, иначе очень скучно, душно. Зачем, например, каждые выборы, появляется какая-то правая партия, вокруг которой все начинают бегать? Это необходимо, чтобы какая-то имитация жизни была. Но не оттуда придет новая власть, совсем не оттуда. Когда у нас все изменится в стране, это произойдет очень быстро. Раз – и мы живем в другом мире.

– Масса экспертов говорят, что когда эта власть вдруг исчезнет, на ее месте появятся не либералы, а патриоты.
– Почти все заключения экспертов представляют собой  махровую глупость и некомпетентность. Обсуждают  вопросы, которые уже давно не имеют ни смысла ни силы. Уже давно мир развивается не по этим законам. Вот мне другая идея показалась правильной – девочка с «Эха Москвы» предложила ввести возрастной ценз.

– Да, люстрацию такую: людям старше 35, а еще лучше 30, запретить занимать государственные должности. Вам это нравится?
– Да, это прекрасно, это здравая мысль, она неосуществима, но это мечта: если вдруг ее реализовать, то мы выкрутимся.

– И вас тоже тогда выкинут.
– Да, мне 54 года. Мы должны уйти в никуда. Нас нужно лишить избирательного права. Необходимо ввести жесточайшую люстрацию.

– Но на этих выборах списки возглавят люди немолодые, уже давно известные. Вот Оксана Дмитриева, например: сможет она провести в ЗакС свой список, создать свою фракцию?
– Оксана Генриховна – замечательный человек. Я в свое время был с ней знаком. К сожалению, она не может провести свою фракцию. Это не получится.  Потому что она великий человек, она гений, она такая большая и могучая, что она ничьих советов не слушает, кроме своих собственных. Оксана Генриховна пройдет сама, у нее известность, она на самом деле мужественная женщина. Она будет депутатом.

– Госдумы?
– Депутатом ЗакСа с очень высокой вероятностью. А Госдумы – как судьба сложится. В думском округе 500 тысяч избирателей, там нужно вести кампанию  грамотно. Она сама пойдет по дворам, и там, где она побывает, она победит. Но побывает она в десятой доле дворов, которые нужно обойти.

– Говорят, что на округ спикера ЗакСа Вячеслава Макарова куча претендентов.
– Куча – это громко сказано, но несколько человек, я знаю, собираются там выставляться. Логика очень простая. По городу прошел слух, что Макарова скоро съедят. И так как слух такой есть, то люди сразу начинают думать: ага, почему бы не пойти там? Во-первых, Макаров может этот округ мне завещать, думают кандидаты. Сам уйдет, а мне скажет: вот тебе округ. Во-вторых, раз у него все плохо, то администрация поддержит меня против него. Вот такие идеи у людей в головах есть. Но я своим людям не порекомендовал бы там выставляться, честно скажу.

– В  2011 году «Справедливая Россия», тогда вместе с Дмитриевой, и «Яблоко» получили очень хороший результат. Сейчас они его улучшат или ухудшат?
– Я надеюсь, что результаты совокупных демократов в городе будут очень хорошими.

– А как же «Крым наш» и 90% его поддержки?
– Если наши партии демократической ориентации будут говорить, что Крым нужно вернуть, они на всех вместе получат 12–15%.

– Это неплохо.
– Это неплохо, но на всех вместе. То есть и на «Яблоко», и на Оксану Генриховну, и т.д. И наберут они очень мало депутатских мест. Даю совет всем партиям: никогда не говорить, что Крым не наш. Крым наш! Кто скажет, что Крым надо отдать – это я говорю как демократ и либерал, – не станет депутатом и потеряет возможность в дальнейшем доносить свои мысли до большого количества народа.

– А если демократы скажут, что Крым наш, то сколько они получат?
– От того, что человек говорит одну правильную вещь, он не получает ничего. Чтобы вести избирательную кампанию, нужно взять пакет правильных вещей. Знаете, с какой скоростью может человек воспринимать новые идеи? Для Петербурга это от 7 до 10 дней. За это время человек, услышав что-то новое, начинает это принимать как свое. В каждом городе это по-своему. В Москве быстрее, а есть города, где нужно 20 дней говорить об одном и том же, и то не добьешься. Так вот, необходимо все время избирательной кампании разделить на некое количество отрезков. И найти некое количество идей, которые можно донести. 5 или 10 правильных идей, больше просто не всунуть в это короткое время.

– Столько идей просто нет у наших кандидатов.
– Бог ты мой, идей очень много. Вот, пожалуйста, прекрасная идея: пенсии надо повысить в 2 раза.

– Разве это идея? Это популизм и банальщина.
– Мы о чем говорим? Мы говорим о том, чтобы победить на выборах. Это очень хорошая идея. Кто скажет, что пенсии нужно заморозить, он может даже уже не говорить про Крым ничего.

– Сколько денег надо кандидату на кампанию?
– Есть человек, который написал в Интернете, что кампания в России стоит миллион долларов. Какая эта кампания – в Петербурге или Урюпинске – неясно. Но теперь все будут говорить, что кампания стоит миллион долларов.

– Что для вас будет сюрпризом на этих выборах?
– На этих выборах для меня будет сюрпризом полная и безоговорочная победа «Единой России» в Петербурге.

Досье

Владимир Большаков, доктор психологических наук, политтехнолог, по его собственным подсчетам, провел более 300 депутатских кампаний и 17 губернаторских. В том числе две кампании Владимира Яковлева (1996 и 2000 годы) и выборы Александра Лебедя в губернаторы Красноярского края.              

Сергей Балуев, Антон Мухин








Lentainform