16+

Честно или нечестно прошли праймериз «Единой России» в Думу

08/06/2016

Честно или нечестно прошли праймериз «Единой России» в Думу

Праймериз «Единой России» по выборам в Госдуму не обошлись без скандалов. Проигравшие претенденты в кандидаты в депутаты от партии власти говорили о недопуске на участки, каруселях и прочих знакомых всем по настоящим выборам нарушениях. В итоге мало кто понял, что эти праймериз дали «Единой России» и какие выводы из этого надо делать.


          А политтехнолог Александр ЕРШОВ понял и рассказал об этом в программе «Год выборов», которая выходит в содружестве журнала «Город 812» и  радио «Фонтанка. Офис».

– Так честно или нечестно прошли праймериз «Единой России» в Думу?
– Я не знаю. Но вопросов остается масса. Мы видели в Интернете, как один и тот же человек мог пройти по всем участкам и везде проголосовать. Хотя в положении о праймериз четко сказано, что голосовать избиратели имеют право только по месту прописки. И мы видели карусели. Больше всего удивляют случаи в округе оперной певицы Максаковой. На видео – и оно не похоже на подложное – трясущаяся от страха сотрудница избиркома не может объяснить, каким образом к 9 утра в прозрачном ящике для голосования оказалось около 500 бюллетеней.

Изначально задумка была хорошая: дать старт избирательной кампании, показать, что партия власти единственная открыто выбирает своих кандидатов. Первые лица «Единой России» размышляли правильно. Если нет опасений за результат выборов –  давайте откроем ворота для огромного количества активистов, которые не по партийной линии завоевали уважение своих соседей.

– Перестройка так и началась. Когда в рамках КПСС немножко демократии устроили. И люди поверили?
– Да, многие поверили и пошли на праймериз. Они не имели такого ресурса, чтобы устраивать карусели или за деньги кого-то приводить голосовать. И вот результат: я не вижу ни на одной интересной мне территории на первых местах по итогам праймериз ни одного далекого от «Единой России» и уважаемого человека. Зато во всех регионах есть серьезное противостояние между кандидатами, которых поддерживают местные отделения партии или местное руководство, и теми, кого хочет видеть в списках федеральное партийное руководство. Именно в этих округах была настоящая конкуренция. Которая показала, что в большинстве случаев партия не умеет пользоваться демократическими инструментами. Что как она борется с теми, кто ей не нравится, так же она борется и внутри себя. Когда партия становится огромной, в ней становится тесно. Все стремятся поближе к верхушке подобраться и начинают душить друг друга.

– И что теперь будет?
– Перед партийным руководством стоит огромная проблема. Первый вариант – поднять волну и выгнать тех, кто за нарушения на праймериз ответственен. Но это большой риск, потому что это покажет, что не все в консерватории чисто. Второй вариант – оставить все как есть.

– А что бы вы в этой ситуации сделали?
– Я бы в тех округах, где столкнулись интересы федералов и местных партийных князьков, жестко наказал бы за вопиющие нарушения положений о праймериз. Но поскольку нарушений было много и они происходили вне поля действия закона (ведь праймериз – это внутрипартийное дело), мы никогда не поймем, кто именно делал карусель и кто сделал так, чтобы ее зафиксировали. Напечатать буклетики и положить их в тележку с продуктовыми наборами могли противники кандидата, чье лицо изображено на буклетиках. Не докопаешься до истины. Как руководство партии будет с этим разбираться – непонятно. Без профессиональных следователей это невозможно. Надо прослушивать телефоны, искать посредников. Ведь опытные политтехнологи знают, что надо через третьего человека выходить на того, кто будет набирать людей от имени кандидата, которого надо подставить. И эти люди будут уверены, что они работают именно на того кандидата. Такую цепочку непрофессионал никогда не проследит.

– Неужели такие ресурсы были брошены на эти праймериз?
– Проблема была в том, что большинство потенциальных участников действительно не знали, насколько серьезно к этому относиться. Насколько серьезны заявления Неверова о том, что все, кто попытается что-то сделать нечестно, вылетят вон. Потому что раньше перед каждыми выборами звучали эти правильные тезисы. Но я думаю, что и Неверов, и Володин искренне были уверены, что праймериз – это такая классная задумка, что она просто необходима партии, которая закостенела. И пусть, наконец, в партии появятся новые пассионарии. И что – они должны теперь уволить каждого третьего руководителя на местах? С кем они тогда останутся? Узок круг людей, кому они доверяют.

– Проигравшие на парймериз могут в итоге влиться в ряды  оппозиционеров?
– Проигравшие из других регионов, с которыми я общался, говорят, что они слишком сильно вложились в праймериз. Привели всех своих пенсионеров и ветеранов. И теперь до следующей выборной кампании они рыпаться не будут. Пока только самые смелые из тех, на кого не сделали ставку в «Единой России», могут пойти самовыдвиженцами. Но, например, в петербургский ЗакС нужно собрать 5 тысяч подписей. Это могут позволить себе только очень богатые люди. А эти люди потому и богаты, что они знают: в нашей стране без административного ресурса нет смысла пытаться удержаться на плаву.

– Вы ждете сюрпризов на сентябрьских выборах?
– Рядом с самым главным человеком, который принимает решения, есть политтехнологи, которые понимают, что должна быть хотя бы имитация борьбы. Потому что если эту нишу не заполнить своими людьми, то ее заполнят те, кто, придя к власти, мокрого места от нынешних руководителей не оставят. Но они не понимают новой опасности. Дело в том, что за последнее время множество богатых людей, которые поняли, что им во власть не пройти отдельно от официально разрешенных партий, прикидываются овечками. Когда в кулуарах с такими людьми разговариваешь, они все прекрасно понимают. Они понимают, что надо правильно говорить про Крым, про Сирию, про тех, кто принимает решения. И эти волки в овечьей шкуре составляют не менее 60% в каждой партии, кроме, может быть, «Единой России»: там более осторожный контингент. И выборы могут пройти под правильными лозунгами. А вот как поведут себя эти волки, когда настанет время «Ч», я боюсь представить.

– Что такое время «Ч»?
– Нечто такое, чего никто не ожидает. Это не значит, что все развалится, но каждому придется принимать решение: либо ты руководствуешься генеральной линией, либо спасаешь собственную задницу.

Сергей БАЛУЕВ, Антон МУХИН, фото severstolici.ru





3D графика на заказ







Lentainform