16+

«Чтобы сделать ксерокс, нужно особое разрешение, а чтобы сходить в туалет - нет»

08/07/2016

«Чтобы сделать ксерокс, нужно особое разрешение, а чтобы сходить в туалет - нет»

Публицист Станислав Кучер рассказал случай в детской поликлинике.


       Детская поликлиника. Подхожу к регистратуре.
 
 — Здравствуйте, можно посмотреть прейскурант платных стоматологических услуг? 
 — На стене.
 
В левом нижнем углу гигантской доски объявлений обнаруживаю искомый листок формата А4. Листок под мутным стеклом, шрифт мелкий, печать ужасная, прочесть невозможно.
 
 — Простите, а можно его оттуда достать?
 
 — Сейчас уточню, — администратор звонит кому-то и, получив, утвердительный ответ, достает из под стекла сразу три пожелтевшие бумажки.
 
Во всем, конечно, виновата мама моей старшей дочки. Это она попросила меня заехать в поликлинику и сфотографировать прейскурант, чтобы сверить цены на лечение. По телефону эту информацию ей дать отказались. Я достаю айфон, чтобы сделать снимок и вижу, что батарейка села.
 
 — Еще раз извините, — говорю, — А можно сделать ксерокопию? 
 — Нельзя, — строго отвечает администратор. — К тому же у нас ксерокс платный. 
 — Так можно или нельзя? Надо заплатить — я готов. 
 — Нельзя в любом случае. 
 — Но почему? 
 — Потому что. 
 — Хм… Даже детей учат, что «потому что» — не ответ. Может, объясните, в чем проблема? 
 — Нам нельзя снимать копии с документов. 
 — Так это же прейскурант ваших же платных услуг, который можно фотографировать. 
 — А разрешение на использование ксерокса может дать только начальство. 
 — Хорошо. Тогда спросите разрешения у начальства. В ваших интересах — получить еще одного клиента. Вы же платная клиника. 
 — Мы только наполовину платная! — администратор измеряет меня весьма однозначным взглядом и понимает, что клиент ей попался противный. Она молча встает, забирает листки с прейскурантом и уходит. 
 — Да вы не волнуйтесь, сейчас она с начальством все согласует и они там решат! — успокаивает меня милая женщина лет 35 в синей форме охранника. — У нас очень хорошее руководство. 
 — Странно, что для такой мелочи — снять ксерокопию — нужно решение хорошего руководства. 
 — А для чего же еще начальство нужно? — миролюбиво улыбается женщина-охранник. — Вот для этого и нужно, чтобы решать, что можно, а что нельзя. Даже в мелочах.
 
Я понимаю, что и правда не зря зашел за этим дурацким прейскурантом.
 
 — Может, из-за того, что никто на за что ответственность взять не может, у нас и пролемы вечные? — зачем-то провоцирую я даму-охранника и получаю в ответ «гранату»: 
 — Зато наша страна самую страшную войну в истории человечества выиграла! 
 — Это-то здесь при чем?! 
 — А при том, что мы победили потому, что руководство умное было, а народ его слушался!
 
На секунду мне кажется, что я не в детской поликлинике, а на ток-шоу первого канала.
 
 — Оставьте войну в покое. Сейчас вроде мирное время. 
 — Но начальство у страны все равно есть. И слава Богу! 
 — А если с этим самым начальством вдруг что случится? 
 — Типун вам на язык! 
 — А все-таки? Начальники иногда болеют, увольняются, или вообще в мир иной уходят. 
 — Ничего. Для этого у них заместители есть, которые становятся новыми начальниками. Так жизнь устроена.
 
Я дивлюсь, откуда у этой молодой еще женщины столько глубинного понимания национальной идентичности. В этот момент к стойке регистратуры возвращается администратор. Молча садится за стол и начинает рыться в бумагах.
 
 — Так что там начальство сказало? — любопытствую я. 
 — Мы не снимаем ксерокопии. И ни для кого не делаем исключений. 
 — Вот как? Ну тогда передайте вашему начальству, что, если оно меня сейчас же не примет, я обращусь к еще более высокому начальству.
 
Я говорю спокойно и убедительно, в глазах тети-администратора читается борьба: послать меня куда подальше самой, или дать это сделать руководству.
 
 — Не приведете меня к вашему руководству сейчас — вам же потом и влетит.
 
Этот аргумент помогает администратору принять правильное решение, и она ведет меня в кабинет заведующей поликлиникой.
 
 — Здравствуйте! — приветствую я заведующую и достаю «козырь», которым в последние годы почти не пользуюсь. — Я простой посетитель вашей клиники. Но еще я журналист, и мне просто профессионально интересно: почему минутное дело — снять крерокопию с прейскуранта платных услуг превращается у вас в грандиозную проблему, решить которую можете только Вы? 
 — Присаживайтесь! — предлагает заведующая и изучающим взглядом смотрит на меня. — А зачем вы, кстати, просили прейскурант со стены снять? 
 — Потому что там ничего не видно, он у вас серым по серому напечатан. 
 — Вот видите… — голос заведующей становится печальным. — Нам финансирования не хватает даже для того, чтобы нормально бумагу напечатать! 
 — Вы же наполовину платная клиника, при чем здесь финансирование? Ксерокс работает? 
 — Работает. 
 — Ладно, я тут уже полчаса провел. Дайте, пожалуйста, команду снять эту копию, и я уже пойду отсюда. 
 — Не могу. 
 — Почему? 
 — Потому что у меня нет на это полномочий. 
 — Вы издеваетесь? А у кого есть? 
 — У меня нет должностной инструкции, по которой я могу разрешить сделать ксерокопию для посетителя. 
 — Что? Но у вас же и запрещающей инструкции на это нет. 
 — Нет. Но и разрешения нет. 
 — Так… Простите, у вас тут посреди коридора туалет есть, я туда заходил, и другие посетители тоже. 
 — При чем здесь туалет? 
 — У вас есть инструкция, которая разрешает посетителям посещение туалета? Нет? Я так и знал. Но вы же берете на себя смелость пускать туда людей! Может, зря? Вдруг начальство узнает? 
Несколько секунд заведующая молчит. 
 — Ну хорошо, для вас мы сделаем исключение. Лена? Лена! Где там этот прейскурант? Сделайте мужчине копию.
 
В кабинет заведующей заходит женщина, которую я раньше не видел. Она несколько обескураженно смотрит то на меня, то на заведующую и, наконец, решается:
 
 — Ой, вы знаете, мы тут посмотрели… В общем, это старый прейскурант, он уже не действителен. А новый еще не напечатали. Только на следующей неделе будет…          
 










Lentainform