16+

Как в Петербурге-2016 снимали Ленинград-1971

05/08/2016

Как в Петербурге-2016 снимали Ленинград-1971

В конце июня Алексей Герман закончил съемки фильма «Довлатов». Впереди монтаж и озвучивание. А дальше – финишная прямая к международным фестивалям. У остального мира есть шанс погрузиться в мир Ленинграда 1970-х. Мне довелось это сделать раньше, побывав на нескольких местах съемок будущего фильма…


       В то, что картина состоится, Герман-младший не то что бы не верил, но долго не мог убедить потенциальных инвесторов, что дело стоящее. Опрашивал молодежь: нужен им фильм про Довлатова или не нужен? 28,6% сказали: да. Если пересчитать эти проценты на население страны, получится сорок миллионов. Плюс некоторые респонденты не просто «да» отвечали, а говорили, что Довлатов – это  их всё. Бармен в кафе завел Германа в подсобку, где показал свою ногу – на ей был вытатуирован Довлатов. В общем,   Герману удалось всех убедить, что «Довлатов сегодня – это культ, это суперзвезда литературы». Проект поддержали, и в феврале 2016-го у стен Петропавловской крепости прозвучала команда: «Мотор!»

Заснеженный пляж. Темнота. Ветер. Пронзительный холод. Это природа придавала драматизма сцене ночного разговора Сергея Довлатова и Иосифа Бродского накануне эмиграции поэта: «Я не понимаю: ошибка уехать или ошибка остаться… Что делать? Мне кажется, что я умираю от этих мыслей каждый день». Кстати, из довлатовского окружения в фильме «документален» лишь Бродский, остальные образы собирательные.

Впрочем, был ли на самом деле такой разговор и тем более под стенами Петропавловской крепости, для Алексея Германа не суть важно – он-то снимал художественное произведение. А на вопрос, почему в Петропавловке говорят Довлатов с Бродским, а не где еще, Герман отвечает, что здесь чувствуется имперская энергия.

Ради съемок  «Ленсвет» отключал не только художественную подсветку Петропавловки, но и уличное освещение. Чтобы было как 1971-м. Потом в темноту  погружали Кленовую улицу и улицу Оружейника Федорова, площадь Кирова и набережную Лейтенанта Шмидта –  в советское время уличный свет был другой,  холодный и синий.

Алексей Герман не собирался снимать сагу о жизни человека, родившегося в Уфе, умершего в Нью-Йорке, но ставшего знаковой фигурой Ленинграда. Ограничился четырьмя днями из жизни Довлатова, которые пришлись на ноябрь 1971 года, накануне его отъезда в Прибалтику. В итоге героем фильма стал не только Довлатов, но и Ленинград  70-х.

Его воссоздавали с редкостным упорством. Демонстрацию по поводу очередной годовщины Октябрьской социалистической революции снимали в Соляном переулке, туда пригнали «Волги» и «Победы», установили телефонные будки, газетные киоски и лотки с пирожками. Плюс шапки-пирожки на головах массовки. Молодежь хихикала, глядя на этот советский паноптикум.

Воссоздавать было трудно. «Город очень изменился, – говорит Герман. – Все довлатовские места – улица Рубинштейна, Моховая, Невский – стали другими. «Европейская», где все собирались, после ремонта стала другой. А каких-то тусовочных мест и вовсе больше нет. Нет «Сайгона», ресторанов «Восточный», «Кавказский». Так что это колоссальный труд – найти близкие по духу питерские места, декорировать их под то время».

Декорировали бывшее общежитие вагановской академии – в ней для кино организовали кафе. Восемь столов, буфетчица с белой наколкой на голове. Яйца под майонезом, студень, штоф с золотой каемочкой, вялая котлета с кружками моркови. В углу вешалка с драповыми пальто и вязаными детскими шапками с бомбошками.

Три ярких пятна среди этого унылого пейзажа – Довлатов, Данила Козловский в роли фарцовщика Фреда по кличке Акула и Борис Левкоев в сиреневом жилете – он по вечерам поет в ресторане. «Для фильма выбрали песни «Бесаме мучо» и «После карнавала» из фильма «Черный Орфей» – ее когда-то замечательно пел испанский певец Рафаэль. Ваши родители наверняка помнят».


Как в Петербурге-2016 снимали Ленинград-1971


Когда я была на съемках, снимали сцену про то, как вязали Акулу, персонажа рассказа «Креповые финские носки». Это единственная литературная основа, вошедшая в фильм, все остальное  придумано Алексеем Германом. Кстати, скептикам, воспринимающим Козловского как fashion-актера, можно сходить на «Довлатова» – чтобы увидеть ужас в глазах цепляющегося за стол Акулы.

На Большом проспекте Петроградской стороны в расселенном доме на одном этаже устроили квартиру Бродского, на другом – жилище Довлатова, на третьем – редакцию журнала, куда безуспешно носил свои произведения Довлатов. Редакцию в день, когда я туда пришла, еще не обустроили. Шли поиски пишущих машинок «Украина», которые, несмотря на название, выпускали в Уфе. Реквизиторы приносили куски бумажных обоев. Художник-постановщик картины Елена Окопная всматривалась в оттенки цветов, оставляла подходящие. «Обои-то откуда?» – спросила я. «Печатаем по старой технологии, а прежде исследуем фотоматериалы того времени».

На довлатовской кухне было ощущение, что сейчас из-под ног врассыпную прыснут тараканьи полчища. И чудился коммунальный аромат из смеси газа и подгоревшей еды, навсегда въевшихся в стены. На самом деле это иллюзия, ничего подобного не было – до прихода кинематографистов здесь были голые стены. Воссоздание аутентичной атмосферы начала 70-х годов – фишка этого проекта. Вещи советского быта собирали по барахолкам не только Петербурга и Финляндии, но и Милана и Лондона. Еще кинематографисты обратились за помощью к народу – петербуржцев просили приносить на Ленфильм любые подлинные вещи родом из 70-х. Были собраны сотни артефактов – от мятых пачек болгарских сигарет «Стюардесса» до непочатой бутылки «Столичной» – теперь можно открывать музей.

Балтийский завод декорировать не пришлось. Ощущение, что его стапели именно такими и видел корреспондент многотиражки «За кадры верфям» Сергей Довлатов.

Как в Петербурге-2016 снимали Ленинград-1971


По сюжету в один из  ноябрьских дней молодой журналист пришел на верфи, где делали судно «Писатель Платон Нифонтов».  Довлатов (имя актера обещают открыть лишь в сентябре) в черном пальто выделяется среди рабочих.  Бесхитростные лица, небрежный вид – немало нюансов, касающихся как одежды, так и поведения рабочих, кинематографистам подсказал сотрудник Балтийского завода с 35-летним стажем. Так что в толпе массовки не отличить актеров от реальных рабочих Балтийского завода (их тоже снимали).

Как в Петербурге-2016 снимали Ленинград-1971


«Рабочий» из массовки, отпивая молоко из бутылки с белой крышечкой, говорил мне: «Самое интересное, что иногда мы даже не знаем, снимают нас или нет. Мы просто живем своей жизнью – вот пьем молоко, треплемся. Алексей Герман никаких замечаний и поправок нам не делает – так и добивается естественности».

Начинались съемки «Довлатова» у Петропавловской крепости, а закончились на зоне, которая снится бывшему охраннику Довлатову. В этот крайний (у кинематографистов теперь тоже  так принято говорить) день я не была на съемках «Довлатова». О нем мне рассказывал продюсер Андрей Савельев. Снимали под Петербургом. На болоте построили зону. Деревянный мост. Вышка. Охрана. Овчарки. Автоматы. В общем, все как положено. Приехавший из Лондона другой продюсер картины, Максим Ложевский, спросил. «А зэков-то вы откуда пригнали?» «Это самые обычные люди с улицы», – отвечали ему. Умение подбирать типажи – это у Германов семейное. 

Каким Довлатова хотел показать Герман? Начиная съемки, он говорил: «Я ни в одной книжке о нем так и не смог найти какой-то емкий образ. Пишут: был такой-сякой, так сидел, гулял в шлепанцах, шутил, был очень высокого роста, писал рассказы, более удачные или менее, а потом вдруг оказался великим писателем. Единственно, что могу сказать сегодня: это был очень большой, и очень нежный человек…»

Осталось дождаться следующей осени – тогда и стает понятно, как большого и нежного человека понял Алексей Герман.              

Елена БОБРОВА








Lentainform