16+

Зачем Всеволод Чаплин пришел на панихиду по жертвам путча

29/08/2016

Зачем Всеволод Чаплин пришел на панихиду по жертвам путча

Появление о. Всеволода Чаплина на панихиде по жертвам путча вызвало нечто вроде раскола среди и так весьма скромной аудитории. Одни демонстративно отошли, другие прослушали панихиду до конца. Всеволод Чаплин выполнил свои пастырские обязанности, дал телеинтервью и удалился.


        У нас сейчас все вызывает раскол, нормальная ситуация для депрессивного общества, которому, в общем, нечем заняться – вот оно и выясняет отношения. В семидесятые у нас было точно так же – диссидентов с гулькин нос, а спорят они неутомимо. Сахаров – с Солженицыным, Померанц – с Шафаревичем, Синявский – со всеми; вы наймит КГБ, а вы покаялись, а вы антисемит, а вы тоталитарий… Так что раскол – это как раз ожидаемо. Вспомните, как диссидентов ненавидели и как они переносили эту ненависть друг на друга: неизбежная вещь в маргинальной группе. А вот зачем именно о. Всеволода Чаплина позвали служить панихиду по людям совершенно враждебных ему убеждений, погибшим за чуждое ему дело, – этого я уже не понимаю. Неужели его участие в митинге было залогом его разрешения? А то ведь запретили поначалу – впервые за 25 лет…
 
Все эти события наложились на завершение Олимпиады, на которой наши блеснули – и тоже вызвали раскол: одни говорят, что гордятся российскими спортсменами, которые во враждебных условиях, при удвоенной придирчивости порвали многих; другие пишут, что мы опять превратили спортивное состязание в аналог войны со всем миром. Мне, если честно, ближе первая точка зрения – оппозиция-то знает, каково делать свое дело под миллионами враждебных взглядов. Но вспомнил я это вот к чему: дисквалификация после доказанного допинга – идея, годящаяся не только для спорта.
 

О. Всеволод Чаплин употребил своего рода допинг, самоподзавод, он высказался далеко не в христианском тоне и духе, оправдав убийство внутренних врагов. После этого звать его на панихиду по тем самым внутренним врагам – недальновидно и нечестно. То есть для священнослужителя, который настолько вышел из берегов, тоже должна быть своего рода дисквалификация – потому что лояльность и злоба суть вещи заразительные, и они похуже мельдония. Потом можно рассмотреть апелляцию, простить, допустить – мало ли. Но в будущем имеет смысл подумать о временной дисквалификации людей, нарушивших именно профессиональные нормы: писателя, защищающего цензуру, священника, оправдывающего зверство, врача, ненавидящего больных… Мне кажется, в жизни это насущнее, чем в спорте. В спорте-то употребление допинга по крайней мере не оскорбляет Бога.           

Дмитрий БЫКОВ, "Собеседник" фото: mk.ru








Lentainform