16+

«За пять лет Георгий Полтавченко мог стать не просто губернатором, а губернатором-легендой»

31/08/2016

СЕРГЕЙ БАЛУЕВ

Пять лет уже у нас Полтавченко Георгий Сергеевич. 31 августа 2011 года его депутаты утвердили. А что – хороший губернатор.


      То есть понятно, что когда есть обстоятельства непреодолимой силы – мост велят переименовать, или стадион достроить, или башню согласовать, то тут приходится говорить «Так точно» и исполнять. Ну так если «Так точно» в этих случаях не говорить, то и губернатором не останешься. Поэтому надо губернатора в мерках реальных возможностей оценивать, а не по фантазиям – вот если бы к нам Блумберга посадили или Бориса Джонсона, то у нас бы и то расцвело, и это. Так если бы у нас Джонсон мост не переименовал, в миг бы в свой убогий Лондон поехал хвосты коровам крутить.

Понятно, что губернатору в России совсем необязательно свои идеи иметь. Но поначалу, как пришел Полтавченко,  у Смольного целых две идеи появилось. Одна – Вязалова (вице-губернатором был), другая – Дивинского (пока еще вице-губернатор). Идея Вязалова – что деньги экономить всеми силами надо. Поэтому все проекты, с которыми при Матвиенко носились, остановили и признали невыгодными. В итоге тоннель не построили, еще что-то, но денег сэкономили. Хотя эта  идея Вязалова – деньги как самоценность, мы их тратить не будем, мы их хранить будем – она у городского населения понимания найти не могла. Потому что какая народу радость, что где-то какие-то деньги хранятся.

А у Дивинского другая мысль была – что людей должно быть в городе мало. Если людей мало, а город тот же, то и жизнь тем, кто в нем раньше обосновался, будет лучше. Поэтому стали палки в колеса строителям ставить, чтобы жилье новое не строили. Но строители хитрые – в недалекую область переметнулись. Так что мысль эффектная, но неэффективная оказалась. Впрочем, эта идея Дивинского публично и не звучала, и народ даже если и хотел бы ее всей душой поддержать, то не мог, потому что не узнал.

Так что в памяти народной рискует остаться Георгий Полтавченко незаметным губернатором. То есть четко следующим рекомендациям  Лао Цзы:  по-настоящему мудрый бездеятелен, и поэтому он не терпит неудач.

За все время пребывания на посту губернатора Полтавченко мало ошибок совершил. А те, что совершил, может, и не ошибки вовсе. Ну автомобилистов как-то обозвал, которые на Медведева гудели. А что ему, губернатору, было делать?

Или закон о борьбе с пропагандой гомосексуализма подписал. Ну так по нынешним временам разве это ошибка? Да и забыли уже все, что мы в этой неравной борьбе с голубыми первыми были.

А других ошибок и не вспомнить. Потому что губернатор у нас – человек взвешенный. Не семь, а десять раз отмеряет. И населению Петербурга его бездеятельность (то есть несовершение ошибок) нравится. Антирейтинг на нуле.

Хотя мог! Мог за эти пять лет Георгий Полтавченко стать не просто губернатором, а  губернатором-легендой. Были у него такие возможности.

Во-первых, мог стать Гарун-аль-Рашидом. Называли бы его люди – Георгий Сергеевич аль-Рашид. Или Гарун Сергеевич Полтавченко. Как кому нравится. Потому что поначалу губернатор самостоятельно, как Гарун, пешком по городу ходил, и в метро сам ездил. И на народ это производило самое неизгладимое впечатление. Но прекратил эти похождения Гарун Сергеевич. Решил Георгием остаться.

Во-вторых, мог стать вторым папой Франциском, который поражал воображение наблюдателей самыми простыми вещами – отказался ехать в лимузине, а сел в автобус с другими кардиналами. Или сам оплатил счет в отеле. То есть воздействовал на умы граждан очень простыми и очевидными вещами. И у Полтавченко жесты в том же духе были – и сам скромность демонстрировал, и от других требовал. Запретил себе на день рождения чего-нибудь дарить. Подчиненным не давал на дорогих машинах ездить. То есть это были  жесты про то, каким Полтавченко видит идеального подчиненного. А видит он его честным и скромным. Раньше, до Полтавченко была другая теория – что чиновник может быть нечестным и нескромным, но эффективным. А Полтавченко следовал народным чаяниям – эффективность не так уж важна, главное – чтобы не воровал. Но не довел как-то до конца эту идею.

Или был лозунг про город-сад (наша идея, без хвастовства скажу, мы ее губернатору подбрасывали, а он вроде воспринял, хотя, может, и сам додумался). Чтобы как где проект закрывается – сразу делать это место парком. Дешево и красиво. Но и эта идея ушла в неизвестность. Потому что недеяние лучше, чем деяние.

Понятно, что не изменится Георгий Сергеевич на шестом году своего губернаторства. Не станет event-губернатором, т.е. человеком, создающими события. И может даже радоваться  надо, что эвентов нету. Потому что в нашем нынешнем мире все эвенты  – они с минусом. А у нас – тишина. Чем меньше событий – тем проще жить.            

ранее:


«Странно, что еще не запретили Гоголя»
О султане Махмуде и стадионе для 11 матчей
О смертельных обидах и неожиданных прощениях
Зачем было нужно называть мост так, как его назвали
Почему почти каждая страна в мире занимается продвижением хотя бы одного мегапроекта









Lentainform