16+

Сколько секса, грязи и достоевщины можно увидеть, сходив в кино на «Дуэлянта»

14/10/2016

Сколько секса, грязи и достоевщины можно увидеть, сходив в кино на «Дуэлянта»

В прокат вышел фильм « Дуэлянт». В центре история из российской великосветской жизни XIX века, напоминающая книжку «Граф Монте-Кристо».


           Стопроцентный блокбастер от продюсера Александра Роднянского  с бюджетом в семьсот пятьдесят миллионов рублей наделал очень много шума в России, рассорил кинокритиков еще больше, чем когда-то «Сталинград», и в первый же уик-энд провалился в прокате. Об особом пути русского блокбастера задумался «Город 812».

Снял фильм «Дуэлянт» Алексей Мизгирев,  сделавший «Кремень» и «Бубен, барабан» с Натальей Негодой – повзрослевшей маленькой Верой.   В принципе, главный герой «Дуэлянта» – молодой человек по фамилии Яковлев в исполнении Петра Федорова – тоже повзрослевшая и немного обидевшаяся на жизнь маленькая Вера. Яковлев зарабатывает дуэлями и копит деньги на то, чтобы вернуть себе дворянский титул, которого его лишили в результате интриг сильные мира сего. Их в фильме представляет Владимир Машков, чья отяжелевшая физиономия и неподвижный взгляд должны символизировать пороки и беспринципность аристократии.

С пороками в фильме все в порядке – герои занимаются любовью в каретах прямо посреди людной мостовой, стреляют друг в друга почем зря и вообще живут насыщенной жизнью.

Мизгирев, специализировавшийся  на мальчиковом кино, и в этот раз снял совершенно мужскую историю. Она вся вращается вокруг  двух героев-антагонистов, в лоб противостоящих друг другу. Машков в этом тандеме  интересней Федорова – сказываются возраст и опыт. Женские персонажи несравнимо хуже. Только одна героиня – некая великая княгиня, покровительница  героя Машкова,  в исполнении немки Франциски Петри –  привлекает своей яркой некрасивостью и сексуальной раскрепощенностью.

В фильме много мужских игрушек, в смысле различного оружия и разных способов причинить друг другу боль и смерть. В принципе, мужественность – это хорошо, потребность в ярких мужских персонажах в нашем кино большая, а фильмов с таковыми мало. Тем более мало героев, убивающих друг друга по законам чести.

Правда, честь эта оказывается с червоточиной   – XIX век в «Дуэлянта»  приходит не из романов Толстого, а  из «Парижских тайн» Эжена Сю.    Мизгирев намеренно и очень сильно работает на снижение: Петербург здесь погружен в атмосферу   имперской  столицы эпохи индустриализации, где рядом с  дворцами  соседствуют трущобы, кишащие сиротами, а сами дворцы – это гнезда порока. Герои занимаются любовью на фоне стен с отваливающейся штукатуркой и убивают друг друга  в непролазной грязи мостовых. Грязь и убожество  как отражение душевной нечистоты  – прием нехитрый, но работающий.  Не обходится и без достоевщины –  неудивительно, что злодея здесь сыграл Машков, новорусский Рогожин. 

В принципе, в этом нет ничего плохого: зрителям, особенно молодым, будет небесполезно узнать, какими грязными и кровавыми  временами была благополучная середина XIX  века и как по-скотски порой вела себя российская аристократическая верхушка.

Однако для одного фильма всего этого оказывается слишком много. Мизгирева и Роднянского губит  наша отечественная  привычка вмещать в  блокбастер национальную идею и каждый раз снимать  «великий фильм о великой войне». «Дуэлянт» просто разваливается  от обилия смысловых кодов. 

Еще хуже то, что все это смысловое богатство на удивление плохо сделано. Герои невероятно много суетятся и так замысловато входят в каждый сюжетный поворот, что постоянно ставят зрителя в тупик.  При этом создатели очевидным образом упиваются тем фактом, что у них такой большой бюджет и поэтому они могут позволить себе огромное количество всякого красивого реквизита, костюмов и компьютерной графики. Герои среди всего этого материального великолепия теряются: в самых важных сценах вместо того чтобы снять глаза актера, камера любуется красотой  идеально завязанного галстука. Временами «Дуэлянт» напоминает то, как писатель Драгунский в «Денискиных рассказах» описывал новогодний костюм Снежинки: много марли, а в центре торчит какая-нибудь девочка. И то, что марля здесь очень дорогая, ситуации не меняет.               

Елена НЕКРАСОВА











Lentainform