16+

Кто виноват в том, что в Неве застряли сухогрузы и танкеры

21/11/2016

Кто виноват в том, что в Неве застряли сухогрузы и танкеры

Несколько сухогрузов и танкеров не смогли добраться до мест назначения и остались в акватории Невы – то ли в ожидании ледохода с Ладоги, то ли до весны. Есть ли тут виноватые?


           Суда не смогли пройти Неву из-за ледового зажора у Финляндского железнодорожного моста. Первым встал во льдах и создал пробку сухогруз «Омский-132». К лесовозу ни у кого претензий нет: да, именно он закупорил проход под мостом, но вместо него мог оказаться кто-нибудь другой.

У каждого судна свой ледокольный класс. У судов класса «Омский» класс немаленький — «лед-40», что позволяет совершать «эпизодические самостоятельные плавания в мелкобитых льдах толщиной не более 40 см со скоростью не более 5 узлов или плавания за ледоколом в сплошном льду со скоростью не более трех узлов».  Но пройти ледовый зажор (скопление шуги и внутриводного льда)  у Финляндского железнодорожного моста он не смог. Акватория перед железнодорожным мостом – это широкое пространство, сильное течение и мелкое дно: благоприятная ситуация для зажоров, которые неизменно образуются в конце декабря. В ноябре их никто здесь не ждал.

Вслед за «Омским-132» встали еще восемь сухогрузов и танкеров, которым дрейф во льдах категорически противопоказан. В ночь на 17 ноября лесовоз с помощью трех ледоколов и одного буксира вызволили из ледового плена. И потащили обратно, вверх по течению Невы. Сейчас лесовоз стоит на временной площадке на границе Петербурга и Ленобласти, хотя изначально намеревался выйти через Петербургский морской порт в залив и следовать в Калининград. Другие сухогрузы и танкеры, в том числе один казахский, тоже не успели попасть в залив и пришвартовались где попало. Так что судам – а они все погружены – придется или зимовать со всем грузом в Петербурге, или надеяться, что пройдет ледоход, и акватория очистится.

Хотя каждое судно, прибывающее в Петербург поздней осенью, и платит специальный ледовый сбор, это не значит, то речные ледоколы должны сопровождать их на трассе. Морские же ледоколы – их обычно призывают на помощь из Мурманска – помогают очищать ото льда фарватер в заливе, но заходить в Неву дальше Благовещенского моста не имеют права.

Вопрос: кто виноват в случившемся? Вроде тут все понятно. Виновато ФГУ «Волго-Балт» – это та структура, которая обеспечивает порядок в акватории и исправное функционирование всех гидротехнических сооружений. Диспетчер ФГУ «Волго-Балт» регулирует заход судов в акваторию Невы. Он позволил капитанам выйти в Неву, хотя должен был знать, что вода стремительно превращается в снежную кашу.

Но как пояснил нам глава Северо-Западного управления Госморречнадзора Дмитрий Атлашкин, «судовладельцы, которые понесли убытки, конечно, могут подать в арбитраж на «Волго-Балт», но, на мой взгляд, там с легкостью от иска отобьются. Потому что здесь действительно форс-мажор. Таких ноябрьских снегопадов лет пятьдесят не наблюдалось».

Владимир Алипа, директор петербургского филиала Речного регистра, рассказывает: «Раньше я служил в Ленском пароходстве. У нас тоже бывали случаи, когда суда, следуя из Арктики, вдруг застревали в пути и даже были вынуждены зимовать прямо в русле. Но там деваться было некуда: на сотни верст ни одного порта. Со льдом эффективней бороться путем чернения льда – тогда он под воздействием солнца станет рыхлым и распадется. На опасных поворотах применяют паровые машины. На льду делают надрезы в нужных местах, и потом, как только начинается ледоход, лед распадается именно там, где нужно, чтобы его разрушение прошло быстро и безболезненно. А подрыв льда, если такое кто-нибудь хочет использовать, тем более возле мостов, это глупость. Исчезнет лед – образуется воронка, и еще неизвестно, что опаснее».

Вопрос о привлечении МЧС к решению проблемы зажора будет решен в понедельник. Тогда же ожидается ледоход с Ладоги. Новых снегопадов пока не предвидится.                

Нина АСТАФЬЕВА, фото fontanka.ru








Lentainform