16+

«У государства нет никаких программ для бездомных, строили хотя бы как для птичек скворешники»

28/11/2016

«У государства нет никаких программ для бездомных, строили хотя бы как для птичек скворешники»

Как часто мы задумываемся о том, почему обычный человек стал бездомным? Ведь общество чаще просто проходит мимо, возмущаясь неприятным запахом и отталкивающим внешним видом. Мы вешаем ярлыки, не спросив «А почему так получилось? Почему ты спишь на земле? Почему ты так одет?» Люди, которые оказываются без крыши над головой, никогда не готовились к жизни на улице.


       Это лишь одна маленькая история человека, из тысячи остальных, обратившихся  в «Ночлежку», доказывающая, что каждый сам выбирает, как ему жить. Но есть обстоятельства, которые не дают другим права судить людей, оказавшихся на улице. 
 
«Сам я родился в Грузии, но там началась война в 91-м году. Я поехал к сестре в Архангельск, 10 лет там пробыл, потом сестра на юг в Рязань уехала, ну и меня тоже ничего в Архангельске не держало, тоже поехал в Рязань через какое-то время. А потом сестра померла, дети её приватизировали жилье, а я выписался и стал квартиры снимать.
 
В Рязани я сломал ногу, лечился полгода, на лечение потратил много денег, потерял работоспособность. Я тогда беспомощный человек был — переезжал с одного жилья на другое жилье, более дешевое. Присел на лавочке в парке — зачем я пошел через парк? Ну и вот два каких-то подхватили мою сумочку и раз-раз, за угол дома и все, скрылись. А у меня нога поломана после операции. А в сумке и деньги, и документы. Всё забрали. Я даже запил от безысходности, что негде мне было ночевать. На вокзале железнодорожном сидел. И вот электричка стояла на Москву, а я в неё. В Москве пересел на Ленинградскую. Добрался на перекладных. И приехал в Петербург к своим родственникам. То есть думал, что я к ним приехал. Оказалось, их нет здесь уже — они уехали жить в Германию, в Кёльн. 
 
И вот в 2012 году я впервые пришел в «Ночлежку». Через 2 месяца мне сделали документы. Я здесь работал, все нормально было, снимал жилье, вот, а потом у меня с сердцем просто возникли проблемы. С ноября по апрель прошлого года я всё время провёл по больницам, а потом, наконец, вышел и сюда попал, потому что некуда было идти. И здесь начал оформлять инвалидность.  Я получил 3-ю группу инвалидности по сердцу и вот сейчас я заканчиваю хлопоты, связанные с устройством в интернат. По последнему месту прописки меня должны туда отправить — это в Рязань или в Рязанскую область. Вот и поеду. 
 
У меня в Грузии и сейчас жилье есть. Свой дом. Там беженцы живут сейчас. С Абхазии. Но там в Грузии делать нечего, там просто выжить невозможно. Крыша будет над головой, но как под ней жить на 6 тысяч инвалидных? Там же еще дом ремонтировать нужно. А продать — никому сейчас этот дом не нужен. Там жильё дешевое.
 
У меня была семья, давно уже, до 91-го года, в Грузии. Я женат был на евреечке, они решили поехать в Израиль всей семьей. Я тоже хотел, но потом передумал. Родители были против, языка я не знал. Потом снова собирался-собирался, да так и не собрался, а потом прошло время, уже оно стало не нужно, и вот так я остался здесь. А сын приехал оттуда, вернулся, в Украину, в Красном Луче он живёт сейчас, ему 37. Он 78-го года рождения. Вконтакте общаемся. Очень давно не виделись. Я бы к нему не поехал. Там своя семья у него, там и так сложная обстановка. Садиться на шею как-то не хочется. В общем-то он меня помнит как человека самодостаточного очень, а тут я как-то уже и не очень. Я скрываю, что со мной происходит. Зачем? Живу, да и живу. Повидаться нужно, но на что туда ехать? Да и боюсь я туда ехать, там Украина, а я гражданин России. Будет поспокойнее, тогда и съезжу.
 
Я на Черном море корабли строил, и на Белом море корабли строил, и на Дальнем Востоке работал тоже. А из-за того, что я потерял документы, я не могу восстановить рабочий стаж.
 
И главное — чего я деньги и документы в сумке держал? Тут много в Ночлежке таких историй, много таких судеб. Если ты работаешь, можно жить. За 6 тысяч общежитие снимать. Но я не могу сейчас работать.
 
Когда начинаешь работать, уже деньги появляются, становится попонятнее, как жить. Работал слесарем, сантехником, по специальности трудно уже было — и в возрасте уже, и прописки постоянной нет. На хорошем месте в последнее время работал- парковщиком был в ЛТД на Большой Конюшенной, там хорошая зарплата была — 26 тысяч, и еще чаевые. Иногда до тысячи рублей отстегивали. И все было там хорошо, и я хорошо работал, двое суток через двое — очень удобно, форма, галстучек. Аккуратно, чисто, прилично. И вдруг сердце подвело. Сердечная недостаточность. Не было бы проблем, я бы сюда никогда. А когда беспомощный, что делать? То, что сейчас твориться, невозможно было себе представить в социалистическом государстве.  Чтобы каждую зиму по несколько тысяч человек замерзали на улице. На улице в Рязани жил дней 20. И холодно, и страшно. Картонные коробки набрал где-то. Их постелил, ими и накрылся. 
 
Я удивляюсь, что у государства совершенно никаких программ нет для бездомных. Строили бы какие-то прибежища, как для птичек делают скворешники. Чтоб человек мог хотя бы побриться, искупаться… Очень много людей, которые вообще без жилья. Снимают, мыкаются с квартиры на квартиру, как-то зарабатывают, перебиваются… У нас военные действия в Сирии, которая нам не нужна абсолютно — на нее находятся деньги… А сколько Ночлежек можно было бы построить на эти деньги? Это печально все, конечно.
 
Я всегда к Богу шел и пришел-таки. 
 
Если бы я делал все правильно, никогда бы сюда не попал. Это наша жизнь. Значит, чему-то меня мир учит. Всё в нас. В наших головах. Кому меньше всего надо от жизни, тот и богатый. Жизнь то, что мы о ней думаем. Господь сказал: «Исполняйте волю мою и будет вам дано», но мы не хотим. У каждого кто-то виноват. Мы просто не признаёмся сами себе, что что-то делаем не так. И у меня, может, сердце болит от моих же плохих мыслей, от неправильного настроя. 
 
Наша задача — стремиться стать лучше. Вот зачем мы живем».   
 
Борис. Пенсионер, бездомный, 60 лет.          
 
Кстати
 
22 ноября в Петербурге на месте, где 100 лет назад располагался Двенадцатый ночлежный дом, открылся первый и единственный в России бесплатный сервис стирки и сушки одежды для бездомных людей «Культурная прачечная».           
 

Юлия МАШИРОВА, фото horoshevo-mnevniki.mos.ru









Lentainform