16+

Что многодетный ректор хочет изменить в педагогическом университете

30/11/2016

Что многодетный ректор хочет изменить в педагогическом университете

Новый ректор (пока и.о.) Российского педагогического университета имени Герцена Сергей Богданов педагогику давно освоил на практике – у него шестеро детей. В новой должности он всего месяц, но уже готовит план переустройства вуза.


           Новый глава РГПУ хочет соединиться  в едином пространстве с СПбГУ (откуда пришел сам), увеличить в несколько раз бюджет и открыть детский сад. О планах по развитию педагогического образования в Петербурге исполняющий обязанности ректора РГПУ им. Герцена Сергей БОГДАНОВ рассказал «Городу 812».

«Я не должен выполнять какие-то задания»

– Ваше назначение и.о. ректора для многих стало сюрпризом.  Одни говорят, что за этим стоит нынешний ректор СПбГУ Николай Кропачев. Другие – что вы человек Людмилы Вербицкой. А как на самом деле всё было?
– Не знаю, почему мое назначение стало сюрпризом. Мне кажется,  я всю жизнь  к нему готовился и оно совершенно не случайно. Я 44 года отдал Большому университету – был деканом филологического факультета, директором университетского издательства, проректором. Значительная часть моей работы была связана с педагогикой. Мы создали новое поколение вузовских учебников  в сфере дисциплин современной русистики, новую школьную линейку по русскому языку, реализовали много других проектов, ориентированных на систему образования.

С Людмилой Алексеевной Вербицкой меня связывает огромное количество лет совместной работы и дел, которые мы сделали вместе. С Николаем Михайловичем Кропачевым мы тоже знакомы давно, вместе строили Санкт-Петербургский университет в то время, когда ректором была Людмила Алексеевна. Я работал в его команде, после того как он стал ректором СПбГУ. У нас были общие свершения, были споры и были моменты, когда мы по-разному смотрели на вещи, но, тем не менее, это не разрушило наши отношения.

Не думаю, что меня можно назвать человеком Николая Михайловича. Но и человеком Людмилы Алексеевны тоже нельзя назвать. В том смысле, что  я не должен выполнять какие-то задания в части управления вузом, которые мне, кстати, и не давали ни Николай Михайлович, ни  Людмила Алексеевна.  Я с уважением отношусь к Николаю Михайловичу.  И с огромным уважением и любовью отношусь и всегда буду относиться  к Людмиле Алексеевне. Если говорить о том,  чей я человек, я бы предпочел формулировку: я человек Большого университета. Надеюсь,  что теперь стану человеком Герценовского университета. Сейчас  создаю свою команду.

– Возьмете в команду тех, кто уже работает в вузе, или приведете новых?
– Конечно, возникнут новые люди. Некоторые приходят из Большого университета. Это нормально. Главное, чтобы  перестановки не сказались негативно на интересах Большого университета или Герценовского. Эти вузы тесно связаны, и они должны быть в едином пространстве  – в хорошем смысле этого слова. Кстати, со многими ведущими учеными Герценовского университета я создавал совместные научные и образовательные программы уже с конца 80-х годов прошлого века.

– То есть возможно объединение РГПУ с СПбГУ?
– Я считаю, что оно нецелесообразно.  У Николая Михайловича, ректора  СПбГУ, есть свои задачи, и брать дополнительную ответственность ему смысла нет.  С другой стороны, городу нужен университет,  ориентированный на педагогическую сферу, который станет частью единого общероссийского образовательного пространства. Что входит в это пространство? Министерство образования и науки, Российская академия образования, ведущие вузы – например Московский педагогический госуниверситет и наш университет, затем общественные профессиональные объединения и, наконец, региональные органы управления образованием и ведущие вузы в регионах. Мы должны обеспечить функционирование единого образовательного пространства – это важно для существования нашей страны. Тогда и ресурсы будут более эффективно использоваться, и образовательная идеология будет общей. Сейчас мы готовим программу развития Герценовского университета, которая станет частью общероссийской программы развития педагогического образования в целом.

– Сейчас нет этого единого пространства?
– Нет. Хотите конкретный пример? Знаете, сколько  разных учебников русского языка сегодня используется в школах? Более семидесяти! Понятно, что одним не обойдешься,   должно быть хотя бы три-четыре линейки учебников, каждая со своей спецификой. Но не семьдесят! Это вопрос к экспертному сообществу. Должен быть достигнут консенсус  – сколько линеек по русскому языку и каких нужно в школах.

«Бюджет маловат»

–  На новой должности вы уже месяц. Что успели сделать за это время?
– Мы изменили конфигурацию управленческой структуры на уровне проректоров. Должность проректора по образованию была сокращена, но зато появились проректоры по правовым вопросам и по экономике. Кроме того, я встретился со всеми руководителями структурных подразделений вуза, а их около тридцати, и получил  предложения по развитию каждой из этих структур. В ближайшие дни планирую провести встречи с коллективами преподавателей – все желающие смогут задать любые вопросы. По результатам этих встреч в течение трех-четырех недель планируем подготовить программу развития Герценовского университета – с целевыми индикаторами, с конкретными задачами по всем направлениям. После утверждения в министерстве будем реализовывать ее с установкой на создание единого образовательного пространства, о котором я говорил выше.

– Одновременно с вашим назначением уволили ректора Московского педуниверситета Алексея Семенова. Это звенья одной цепи? Назначения  связаны в рамках единого образовательного пространства?
– Может быть, и связаны. Но вопрос надо адресовать руководству министерства. Я хорошо знаю Семенова – он мне, кстати, звонил.  И новый предполагаемый ректор московского педуниверситета тоже знаком со мной. Важно, чтобы два ведущих педагогических вуза страны вели совместную работу.

– Когда в РГПУ будут выборы ректора?
– Это зависит от учредителя – Министерства образования и науки. Я рад, что выборы будут, и надеюсь, они состоятся не в очень отдаленном будущем. У меня похожая ситуация была в СПбГУ. Тогда, в 1997-м, я почти год был и.о. декана филфака…

– Год – это много или мало?
– Год – это нормально, но совсем не обязательно ждать так долго. Думаю, нужно ориентироваться на полгода.

– Ставите вы пред собой амбициозные задачи – например, чтобы РГПУ попал в топ-100 лучших университетов мира?
– Подобные рейтинги – часть нашей жизни. Им нужно уделять внимание, но они не являются единственным мерилом эффективности. Я считаю, наш вуз имеет все основания, чтобы стать лидером педагогического образования в России. Но пока у нас бюджет маловат. Будем работать над тем, чтобы он увеличивался.

– За счет чего будете увеличивать бюджет?
 – Конечно, деньги зарабатывать надо. Но в пределах своей  научно-образовательной отрасли. Например, нужно увеличивать количество грантов…

– Будете требовать от преподавателей, чтобы они сами добывали гранты?
– Что касается формулировки вопроса, то, знаете, дьявол – в деталях. Прежде чем требовать что-то, нужно создать условия. Когда я был деканом филологического факультета СПбГУ, студенты часто сидели в коридорах на подоконниках, поставив ноги на батарею. Но я не мог запретить им этого до тех пор, пока не поставил в коридорах скамейки.  Вот так же нужно решать и большие задачи – создавать  условия, чтобы преподаватели могли получать  гранты.

Кроме того, наш бюджет складывается из субсидий, которые выделяются на выполнение государственного задания. Надеюсь, что оно тоже будет расти. Рассчитываем на увеличение количества мест в магистратуре. Очень надеюсь, что построим отношения с регионами в части подготовки учителей нужной им квалификации.  Планируем увеличивать количество иностранных студентов, расширять платное обучение, не снижая  качества образования.

– РГПУ занимает много площадей в центре города. Планируете зарабатывать на аренде?
– С моей точки зрения, чем меньше площадей вуз сдает в аренду, тем лучше. Сейчас у нас имеется 18 договоров аренды. Полагаю, что некоторые из них точно будут расторгнуты.

 «Зарплата наших преподавателей – 66 тысяч»

– На сколько конкретно вы хотите увеличить бюджет университета? И вырастут ли вслед за этим зарплаты?
– С удовольствием расскажу, во сколько раз мы увеличили бюджет, когда это получится. Любое увеличение бюджета, как правило, предполагает рост заработной платы. Одна из первоочередных задач – создать условия, чтобы сотрудники могли сконцентрировать усилия на основной работе, не отвлекаясь на дополнительные  заработки. По имеющимся у меня сведениям, средняя зарплата преподавателей РГПУ сегодня составляет 66–67 тысяч рублей в месяц. В целом это меньше, чем в Большом университете, где люди получают 87–88 тысяч. Но и у нас в Герцена, например, есть подразделение, где средняя зарплата 92 тысячи рублей. Конечно, это средняя температура по больнице: некоторые получают сто тысяч и выше, а другие – 25–30 тысяч в месяц. Важно, чтобы разница между первыми и вторыми была не более чем в 4–5 раз. А если она составит, например, 15 раз, это грозит возникновением предреволюционной ситуации. 

– Говорят, в Герцена  есть зарплаты и в 7 тысяч рублей. Столько получает в месяц секретарь или лаборант кафедры. Это нормально, на ваш взгляд?
– Это, конечно, не те деньги, за которые можно требовать серьезной работы. Но я знаю, как из 130 лаборантов  сделать 70, и при этом их зарплата вырастет в два с лишним раза. Опыт такой оптимизации у меня есть.

– Сколько, на ваш взгляд, должен получать доцент или профессор?
– Трудно ответить. Скажем, у меня есть шестеро детей и некоторое количество близких людей, за которых я отвечаю, в частности, и материально. У другого профессора могут быть свои не менее важные и требующие внимания обстоятельства. Как определить, является ли предложенная зарплата достойной? Очень просто: посмотреть, идут ли к нам люди, хотят ли они у нас работать. Слава богу, пока в Герценовском университете проблемы колоссального оттока кадров нет.

– Во сколько раз зарплата ректора, на ваш взгляд, может быть выше средней по вузу?
– Есть утвержденные правила, которые определяют оклад ректора.  В четыре раза, кажется. Я пока зарплату еще ни разу не получал.  Надеюсь скоро  получить и сравнить.

При  университете появятся школа и детсад

– Вы  всю жизнь работали в СПбГУ. Что оттуда вы хотели бы использовать в Педагогическом университете? 
– Много такого. Например, по опыту Большого университета планируем открыть виртуальную приемную, куда любой может через  Интернет обратиться с вопросом и получить ответ. Хотим перейти на эффективные контракты с сотрудниками. В таком контракте подробно расписано, что должен сделать преподаватель в период действия трудового договора. Например, не просто отработать в должности доцента, а отчитать лекции на английском или французском, подготовить монографию, подать определенное количество заявок на грант, два раза выступить с докладами на международных конференциях и так далее. В том же контракте прописана ответственность работодателя, который в  случае выполнения задачи должен выплачивать надбавку, и  прочее.

Нужно развивать педагогически ориентированную магистратуру – сейчас у нас меньше трех тысяч магистров. Усиливать практическую ориентированность преподавания. Наш бакалавриат должен стать не хуже, чем в лучших классических университетах. Я очень рассчитываю, что в структуре нашего университета появятся и детский сад, и школа. Наши студенты будут там работать и внедрять передовые педагогические методики. С предложениями по созданию таких баз практик ко мне уже обратились  руководители наших подразделений.

– Как ваши дети и близкие отнеслись к вашему назначению? Нагрузка ведь увеличилась – хватает времени на всех?
– Работать приходится по 12–14 часов. Видеть всех стал гораздо меньше, но что делать?  Близкие к этому привыкли: у меня всегда нагрузка была достаточно запредельной.  С другой стороны, я надеюсь, что возможность  делать что-то новое продлит активную фазу существования, и я смогу своим близким дать больше. Для меня лично это шанс построить  что-то нужное для всех. Потому что главный смысл своей деятельности я всегда видел в части  устройства коллективного существования.

То, что я исполняю обязанности ректора, это  наивысшая точка моей карьеры в вузовской системе. Но это и серьезный вызов. Вуз наш замечательный, с богатой историей. Больше 16 тысяч студентов, коллектив очень квалифицированный. Из 1200 преподавателей больше трехсот – доктора наук, и более 800 – кандидаты наук. Проблем, конечно, много – как и в любой крупной организации. Их особенно важно решить сейчас, когда российской системе образования уделяется большое внимание. Потому что именно она должна определить будущее России. Моя задача – сделать вуз лидером педагогического образования в стране.                  

Елена РОТКЕВИЧ









Lentainform