16+

Кто такие руферы и зачем они ходят по нашим крышам

30/08/2017

Кто такие руферы и зачем они ходят по нашим крышам

Уверяют, то петербургские руферы (те, кто забирается на крыши) самые известные в России. Один из них, Роман ЕГОРОВ, рассказал «Городу 812» о том, какие неприятности могут ждать руфера на крыше, о боевых действиях между жильцами и руферами и о том, кто делает бизнес на руфинге.


          – Как получилось, что вы стали руфером? Когда первый раз вышли на крышу?
– В первый раз это случилось три года назад. Какое-то время я следил в социальных сетях за жизнью ровесников, которые открывают новые ракурсы привычных мест. Меня это заинтересовало.  Высоты я не боялся с детства, всегда любил приключения, поэтому познакомился с ними.  Они показали мне несколько крыш, раза три-четыре я полазал вместе с ними, быстро понял общую методику поиска крыш и как она работает.

Но тогда  я столкнулся и с опасностью – у нас в Питере крыши почти все под углом, и если вылезти на такую в ненастную погоду, то очень легко поскользнуться. Поэтому все руферы соблюдают правила: от подошвы правильной обуви до продумывания маршрута по крыше и подстраховки друг друга.

Крутость питерских крыш в том, что они похожи на связанную систему – один дом как будто перетекает в другой, а тот  в следующий, и так далее. Для того чтобы перебраться с одного дома на другой, нужно преодолеть высоту, так как этажность домов бывает разная.   Поэтому одному из группы нужно, рискуя жизнью, залезть и привязать веревку, чтобы остальные безопасно  могли пройти за ним.

– Некоторые, говорят, и по проводам перебираются.
– Я видел крепления проводов на крышах, их надежность мне не внушает доверия. Вместе с бетоном сыплются уже и сами крепления, на которых держатся провода.

– Но ведь кому-то удавалось таким образом перелезть с крыши дома на Невском на противоположную сторону…
– Это, конечно, хорошая тема для привлечения внимания. Тебя видит весь Невский! Ты – орел! Но это небезопасно.

Хотя у нас с одним блогером была идея повторить такой трюк. Он загорелся этой идеей и предложил приурочить ее к дню чтения.  Предполагалось, что он – я сразу отказался – протянет еще один страховочный трос и повиснет на нем над Невским проспектом, читая какое-то время книгу. Но потом он пообщался со своим юристом, и тот его отговорил.

 – Могли быть проблемы с полицией?
– Наверное.

– А у вас они были?
– За те три года, что я занимаюсь руфингом, их не было. Ни разу не был в отделении полиции, благополучно убегал. Ловить пытались, и один раз даже поймали, но не полицейские, а сотрудники охраны «Газпрома». В тот раз мы залезли на стеклянный купол их нового здания за Итальянским двориком.

Я уже говорил, что в Петербурге можно залезть на крышу одного дома и проложить маршрут через следующий. Это может быть и два,  и три, и четыре дома. Таких маршрутов может быть множество, так как почти все дома у нас связаны.  С этим, конечно, борются, ставят на крышах заборы с выгнутыми вверх зубьями, наматывают на них колючую проволоку. Правда, это никого не останавливает:  колючку рвут кусачками, и остальные пользуются этой лазейкой.

– Часто вы лазаете по крышам?
– Бывали дни, когда появлялся кураж, и мы с друзьями могли обойти пять-шесть крыш.

– А в чем смысл все-таки этого увлечения?
– У меня есть объяснение для себя. Как инстаграм-фотографу, мне это дает много контента и большое количество фотографий. Я могу делиться этим с людьми, потому что они никогда не увидят наш город с тех ракурсов, с которых увидел я.  Кроме этого есть чувства азарта, опасности и небезрассудности. Я отделяю безрассудность от опасности. Первая – это когда руферы висят на одной руке, свесившись ради фотографии с края крыши. Они ходят по тонкой грани между жизнью и смертью, чувствуя всю полноту жизни, но рискуют: один неосторожный шаг, одно дуновение ветра – и … Я считаю, что нельзя ставить свою жизнь на такие весы.

– У вас специальное снаряжение?
– За эти годы я понял, в какой обуви можно лазать по крышам.  Желательно, чтобы она была прорезиненная, негладкая подошва  с жестким протектором.

Самое страшное, что может случиться, – это лезть на крышу, когда идет снег.   У меня однажды была такая история. Всего одна, но я ее запомнил.

Несколько девушек из Москвы приехали в гости, им захотелось романтики,  я предложил слазать на крышу. Кстати, это еще одна причина, по которой я занимаюсь руфингом.

– Способ познакомиться с девушкой?
– Естественно. На крыше с ними знакомиться гораздо удобнее и продуктивнее.
Те девушки попросили сводить их на какую-нибудь крутую крышу.  Я предложил им такую – на площади Восстания, с видом на обелиск. Погода была нормальная. Мы прошли четыре или пять домов, посидели минут двадцать и решили пойти обратно. Неожиданно, как всегда в апреле,  пошел снег. Если на точку обзора мы добрались минут за пятнадцать, то обратный путь занял у нас два с половиной часа. Девчонки испытали настоящий страх смерти, а я  страх ответственности за чужую жизнь.

Было что-то ужасное: только делаешь шаг, и нога соскальзывает по снегу. Мы перемещались на на пальцах, а они тут же примерзали к железу… История была не из веселых. Одна из девушек уронила свой айфон, он скатился на край. «Ты не собираешься его забирать?» – спросил я. «Не-не, это сейчас вообще не важно». Но я как-то сполз и забрал его.
После этой истории я стараюсь лазать только с начала мая по конец октября. Только чтобы не было снега.

– А есть такие бесстрашные, кто лазает и зимой?
– Естественно, таких много. Существуют люди, которые хотят стать популярными благодаря тому, что лазают по крышам. Есть мнение, что чем больше фотографий сделаешь на крышах, тем быстрее станешь популярным блогером. Поэтому подростки младше семнадцати – по-моему, они неадекватные – лазают круглый год, даже зимой, пренебрегая всеми правилами безопасности. Бывали случаи  и падений, но, что удивительно, именно неадекватные падают реже.

– Существуют сообщества руферов?
– Неформальные сообщества есть в социальных сетях, но в основном там выкладываются фотографии. Но  есть и закрытые группы руферов, в них не больше ста человек.  Их члены делятся новостями: кто где  нашел новую точку. Получается интерактивная карта города, по которой можно узнать, где в данный момент есть возможность попасть на крышу. Или, например, где живут жильцы с пистолетами или бабушка с клюкой…

– В каком смысле с пистолетом?
– В буквальном. Были случай, когда мужчины стреляли в руферов солью из пистолета или пневматического ружья. Бабушки с палками выходят драться еще чаще.

– Потому что вы их достали!
– В последнее время руфинг в Петербурге стал распространен, и жильцы последних этажей уже просто в ярости – они ненавидят руферов и вообще всех, кто лазает по крышам.

Я жил  с девушкой на последнем этаже дома за Казанским собором. Крыша этого дома была самой популярной точкой у руферов.  От их топота иногда обваливалась штукатурка, потому что дома старые, у соседей начинали идти трещины  по потолку, и нужно было делать ремонт.

Но это еще половина проблемы.  Хуже, когда люди залезают на крыши, начинают играть на гитаре, и все это происходит в двенадцать часов ночи в пятницу или субботу.

– Наверное, еще и пьют там?
– Естественно. Где же еще пить? Романтика!
Бывают и смешные случаи. Ребята вылезают на крышу на Невском или около Адмиралтейства, ставят мангал и начинают готовить шашлыки. Соответственно, употребляя при этом алкоголь. Несколько раз из-за этого случались пожары.

Кстати,  в последнее время появились бандиты, которые стали использовать крыши в качестве бизнеса. У нас немногие знают, что в городе есть башни противовоздушной обороны, так называемые МПВО.  Они расположены по всему городу: если не ошибаюсь, то их не больше двадцати пяти. Они были установлены во время войны для наблюдения за пожарами и бомбежками.

Они не используются по назначению уже больше пятидесяти лет,  осыпаются, о них просто никто не знает. С развитием руфинга их стали замечать, исследовать, и со временем они стали самыми популярными точками, потому что с них открывается вид на все 360 градусов.

Например, одна из них находится на Мойке, напротив Главного штаба.  На Невском, около «Маяковской» есть еще две, и еще около метро «Василеостровская».

Некоторым взрослым людям пришла идея зарабатывать на экскурсиях на эти башни. С человека берут от 500 до 1000 рублей. Никто, конечно, никакой ответственности за безопасность не несет, объясняются какие-то правила поведения, и все.

Однажды я был свидетелем такой экскурсии, очень огорчился. Человека выводят на крышу, показывают ему виды – с той стороны, с другой, – делается пара-тройка фотографий, и все, на этом работа экскурсовода заканчивается.

Потом «руководители» экскурсионных групп скооперировались с жильцами домов.  Последних настолько задолбало, что к ним  через парадные на крыши идут потоки туристов, что они предложили выплачивать им проценты. Экскурсий становится больше, потому что жильцы ничего не имеют против. А впоследствии этот «бизнес» прибрали к рукам какие-то бандиты. Они сумели договориться с жильцами и поставили свои двери с новыми замками. Теперь на эти крыши не сможет попасть ни один руфер, так как ключи у бандитов, и они проводят там «серьезные» экскурсии.

Одна из таких башенок есть на Гороховой около Адмиралтейства. Они ее облагородили, сделали ручки для безопасности, поставили стулья, стол, и за пять тысяч в час парочка может не только наслаждаться видами, но ей принесут корзину фруктов и бутылку вина. Бывает, что туда приходят туристы из провинции, мамы с дочками: «Ой, как красиво! Как красиво!»

– Креативно!
– Это еще не все. Эту башенку можно арендовать на ночь. Вам принесут матрац, и вы с девушкой проводите под звездами ночь на ней.

– Вы зарабатываете своими фотографиями?
– Я никогда не занимался фотографией, но когда стал лазать по крышам, появилось желание фотографировать. Я не типичный фотограф, не снимаю свадьбы, портреты, не продаю фотографии. Веду свой Инстаграм.

– Сколько у вас подписчиков?
– Сто тысяч. Так как аудитория большая, мне выгодно предлагать рекламу, и предложения бывают самые невероятные. Например, от авиакомпаний: за билеты в Амстердам и обратно мне предложили сделать несколько фотографий Амстердама и замечательной авиакомпании, с помощью которой я долетел до него.

– То есть вы так зарабатываете?
– Это мое творчество. Еще я журналист и фотограф,  беру  интервью у интересных людей. Но мне  больше нравится заниматься фотографией. А по образованию я юрист.

– Судя по вашему Инстаграму, вы побывали на крышах и европейских городов.
– Да, но Европу я начал исследовать только в прошлом году,  и пока мне удалось побывать на крышах Амстердама, Брюсселя и Риги.

– В Европе у руферов есть проблемы с жильцами, полицией?
– Там руфинг  развит гораздо меньше, чем  в Питере. У нас молодежь достаточно безрассудна, не боится полиции, да и законы у нас мягкие – для тех, кто залез на крышу, штраф всего  пятьсот рублей. Поэтому ее ничто не останавливает. В Европе о руфинге знают единицы, а занимаются им еще меньше.

– Какими качествами должен обладать настоящий руфер?
– Во-первых, отсутствием страха высоты и быть пойманным. Если ты не боишься высоты и полицейских, то нужны еще азарт и спортивная подготовка, потому что у питерских крыш сложный рельеф, и в некоторых местах приходится перебираться буквально на пальцах.

Еще нужно быть подтянутым и худым, не все смогут пролезть в щель сантиметров сорок-пятьдесят. Бывает, что некоторые застревают, как Винни-Пух, и рвут штаны. Грязная, рваная одежда и испачканные руки – вечная история руферов, поэтому нужно быть еще небрезгливым. Ведь приходится ползать по чердакам, где живут голуби и где слои пыли.

Руфинг далеко не самое приятное занятие, но в итоге, когда ты вылезаешь на крышу, и перед тобой фантастический вид, и ты видишь закат, и слышишь птиц…  Это компенсирует порванные штаны.

– Есть ли конкуренция среди руферов?
– Конечно, есть. Даже бывают разборки. Например, кто-то с друзьями нашел новую крышу, и один из них выложил фотографии в Интернете, да еще и указал, где она. Крышу увидели другие, и начинается массовое хождение на нее,  в результате крышу закрывают.

Найти новую крышу очень сложно, и даже если нашел, то забраться на нее сложно, это может быть  связано с риском. Если открыть вход, срезая замок, то это уже уголовная статья. Если зайти на открытую крышу, то это административное нарушение и штраф 500 рублей. То есть получается, что те, кто «открыл» крышу, рискуют получить уголовное наказание, а те, кто приходит после, не рискуют ничем. Для «открывателей» бывает обидно, что крышу заюрзали.

Еще бывают заморочки с экскурсиями и дележом денег. Кто сколько на какой крыше зарабатывает, водя экскурсии, и под чьим она контролем. Я уже говорил, что некоторые люди начинают как бы владеть крышей и делают из этого бизнес. На этой почве бывают конфликты.

– Обычно на фотографиях руферы позируют в непринужденной позе на краю крыши, взгляд в даль. Это особенности стиля?
– Придумать что-то новое могут  единицы. Конечно, все это постановочные кадры, чаще всего все просто копируют друг друга. Да, самый частный сюжет – это когда руфер спокойно стоит и смотрит вдаль.

– Загадочно.
– Да, загадочно. Самое главное – не показать, что ты боишься высоты. Но есть люди, которые придумывают новые сюжеты фотографий. Я видел одну такую: с одной стороны крыши стоял парень, а с другой девушка, они держат друг друга за руки, а в руках шарик с сердечком.

– Вы тоже стараетесь придумать что-то новое?
– Мне нравится работать с перспективой. Делать такие фотографии, когда, на первый взгляд, зритель не понимает, в какой плоскости находится герой.

– У кого этому научились?
– Никогда ни у кого не учился. Конечно, я видел похожие идеи у других. Все мы кого-то копируем.
У меня сотни фотографий с крыш. Например, один раз я залез на крышу дома номер один на Невском: Дворцовая площадь, Эрмитаж, Невский – как на ладони.

– И на нее можно залезть?
– Можно, но она очень опасная, и ее много раз закрывали, так как в доме офисы крутых богатых компаний. Однажды  на нее залезли девочки-руферши, и украли в одном из них сейф с большой суммой денег. Их, конечно, нашли, но после этой истории все выходы на крышу этого дома капитально залатали – так, что на нее невозможно было попасть года два. Потом один парень залез на нее буквально по отвесному железному пруту и смог привязать веревку, по которой мы по очереди залезли наверх.  Он рисковал буквально жизнью, чтобы мы оказались на ней.

– А московские крыши?
– Я очень их люблю, потому что, в отличие от Петербурга, в Москве очень большая высотность. Например, я был на крыше сталинской высотки, которая напротив «Москва-Сити». Очень круто.

– Говорят, в Петербурге крыши домов на Дворцовой набережной  самые популярные у руферов.
– Да. Мои самые любимые – крыши двух домов на пересечении Машкова переулка и Дворцовой набережной. Они неопасные, пологие. Они популярны у руферов, потому что с них самый лучший вид на салюты. Но они таят и опасность – в День Победы или во время «Алых парусов»  ненависть жильцов к руферам зашкаливает. Их могут избить, разбить технику. Жильцы буквально организовываются в бандформирования: устраивают кордоны, берут в  руки дубины, прыскают газовыми балончиками, разбивают носы ребятам. Я сам был свидетелем таких сцен, пострадали мои друзья. С другой стороны к ним присоединяются полицейские. Случаются и массовые драки на подступах к крышам – в парадных, на чердаках.

– Но руферы не сдаются?
– В эти дни к нам в город приезжают руферы со всей страны с желанием посмотреть салют. Бывает, что некоторые взбираются по водосточным трубам.

Перед салютом летает вертолет, выслеживают, есть ли кто на крышах, и если замечают, что есть, то высылают наряд полиции, который выводит всех, кроме тех, кто закрывает себя.

– Что значит «закрывает»?
– Есть такие руферы, которые начинают подготовку за месяц. Готовят лестницу, веревки, провиант и буквально заваривают сварочным аппаратом себя на чердаке изнутри за сутки, и выходят за пять минут до начала салюта, и снимают его.

– И все это ради фотографии в Инстаграме?
– Не только. Можно просто наслаждаться видами. В прошлом году я залез на крышу дома на Невском проспекте, чтобы посмотреть шествие «Бессмертного полка». Во время шествия бывает очень строгий контроль крыш, опасаются терактов. Но я нашел точку и успел сделать несколько снимков, пока меня не сняли полицейские. В тот  же день выложил их в своем Инстаграме. Были тысячи лайков. Результат обалденный – за моим Инстаграмом стало следить чуть ли не полгорода.

– С какой крыши вид самый красивый?
– С крыши Казанского собора. Я был там, когда на соборе были строительные леса. У руферов есть примета: если на здании появились строительные леса, значит, можно залезть на крышу. Как только мы с моим другом-руфером заметили, что на соборе появились леса, то решили забраться на купол. На нем есть небольшая лестница, и вроде бы безопасно. И что меня удивило – совершенно нет камер. Например, в доме около площади Александра Невского установлено пятнадцать камер, и крыша огорожена колючей проволокой, а на куполе Казанского собора вообще ничего нет.  Может, потому что  на него никто не залезает.

В общем, я исполнил свою детскую глупую мечту – дотронуться до золотого шара, на котором стоит крест.

– Страшно было?
– Когда лез, не было. Но на самом верху был сильный ветер, слышно, как скрипит металл. Между лестницей и куполом гнездо, в нем была какая-то птица.

И вот самый красивый вид с этого купола – такой перспективы я не видел ни со Спаса на Крови, ни с крыш на канале Грибоедова.             

Андрей МОРОЗОВ








Lentainform