16+

Андрей Константинов — о том, почему он не боится ночных визитов полицейских

16/10/2017

Андрей Константинов — о том, почему он не боится ночных визитов полицейских

Информационная атака на «Ажур-медиа» началась после того, как заместитель главного редактора «Фонтанки» Евгений Вышенков прокомментировал историю с кражей сейфа из полпредства. Редакция принесла официальные извинения, однако этого, вероятно, оказалось недостаточно.


Несколько телеканалов запустили «обличительные» расследования, в которых заявили, что «Фонтанка» тесно сотрудничает с властями и получает за это финансовую поддержку. Интернет-издание поблагодарило коллег за бесплатную рекламу, но на этом история «наездов» на «АЖУР» не закончилась. На подозрительных сайтах в Сети стали появляться тексты, в которых главу медиа-холдинга Андрея Константинова пытались уличить в коррупционных махинациях, запугивании рекламодателей и получении иностранных грантов на развитие бизнеса.

- Сказать о том, что скандал вокруг «Фонтанки» разгорается, будет, наверное, не совсем верно. Скорее он ушел вглубь торфяных болот. Как говорил Конан Дойль: «если рассудок и жизнь дороги вам, держитесь подальше от торфяных болот», – иронизирует Константинов на fontanka.ru.

За эту неделю началась интернет-атака на «Фонтанку», и, в общем, мы не стали бы на это никак реагировать, ведь это все не СМИ, а какие-то левые сайты, которые ничего не говорят. Но уж больно смачно там излагалась какая-то негативка в отношение меня. Это все смешно, конечно.

Я не читаю интернет вообще. И Вы будете смеяться – но это правда – я узнал о своей коррумпированной сущности после звонка председателя комитета по печати, который прочитав обличающий пасквиль, сказал:

- Так мы с тобой, оказывается, бюджет пилим?
– Какой бюджет?
– Ну как, какой? – заволновался он.

И я понимаю его волнения. Раз пилим, то где же доля?! — ну он, конечно, не сказал такого.

Когда такая информация появляется на 20 различных ресурсах — понятно, что это какая-то срежисированная компания. Мы знаем, кто это делает и почему. Знаем, что эта история связана с предыдущими наездами на нас со стороны легальных СМИ. Хотя, это не совсем одно и то же. Это разные люди, но, видимо, они сумели найти друг друга – слились в экстазе и этот экстаз у них продолжается, таким образом. С одной стороны, они делают нам бесплатную рекламу, что, конечно, приятно. С другой – у меня возникает досада, и вот какого плана.
Как говорила одна моя знакомая с госслужбы:

«Я бы тоже хотела безудержно расхищать госбюджет миллиардами, но есть две закавыки — я не знаю, где это делать и как, поэтому хожу пока с потрепанной сумочкой. Но, в принципе, как узнаю, я немедленно прыгну».

Я не знаю, устоял бы я перед соблазном расхищать гранты. Но дело в том, что нужно прийти на грантовую комиссию один раз, чтобы понять, что это невозможно. Это публичная процедура, где все дерутся друг за дружку, желая получить прибавку. В итоге прибавки не получает никто. Я не согласен с городской политикой распределения грантов. Я как раз считал, что надо брать самые солидные СМИ и помогать им серьезно, имея в виду, что в кризис хоть кому-то это поможет. Но у Смольного принципиальная позиция — нужно маленький кусочек масла тоненьким слоем размазать по хлебу, чтоб совсем не видно было. Но зато всем дали, и никто никого не сможет обвинить. Хотя, как оказалось, сможет.

Зачем это делается? С двумя целями.

Первое — это такой легализованный вид стукачества в надежде на то, что в правоохранительных органах кто-то встрепенется и захочет проверить что-то. Хотя обычно они на такие помойки внимания не обращают. Они не на все публикации-то в легальных СМИ обращают внимания. А вот на это все, если только их кто-то очень-очень сориентирует.

Второй момент – он немного серьезнее – это нанесение удара по бизнесу. Безусловно, у нас есть партнеры, рекламодатели – все они солидные люди. И эти партнеры могут заволноваться: ведь деньги любят тишину. Тем более что в ряде этих пасквилей против нас содержится научно-фантастический тезис: мы шантажируем бизнес, запугиваем рекламодателей, после чего они несут нам рекламу, опасаясь нашей чудовищной мести.

Что касается нашего «трусливого бизнеса» и того, что запуганные нами бизнесмены перестанут с нами сотрудничать, я расскажу Вам одну историю.

Вначале 90-х я читал лекции об организованной преступности в Норвегии, Швеции, Дании. И тогда уже началось — почему же вы пугаете иностранцев, ведь бизнесмены не захотят ехать в Петербург и вкладывать туда свои инвестиции. Разумеется, на меня все это действовать стало. Я подумал: может, я городу вред наношу, отгоняю иностранный бизнес от города? После очередной лекции в Швеции, где собрались человек 60 крупных бизнесменов, я не удержался и спросил у одного: «Вы знаете, у меня дома приходится слышать, что когда я рассказываю про разгул, я наношу вред имиджу города. Бизнесмены испугаются, не пойдут сюда…». А он так хитро посмотрел на меня, улыбнулся и ответил: «Вы, наверное, недавно из армии? (эта история произошла лет 20 назад) Вы в армии, наверное, служили офицером. Знаете, это такой типичный армейский взгляд: все солдаты считают, что только они самые смелые, а разные дельцы ужасно трусливы, потому их должны храбрые войны защищать. И это ошибочный армейский взгляд. Вы думаете, мы боимся какой-то организованной преступности? Мы, почему с такой заинтересованностью слушали Вас? Потому что хотели хоть какую-то информацию иметь, знать хоть, кто там есть. Мы боялись отсутствия информации».

Я эту историю вспомнил, и мне хочется сказать всем авторам пасквиля:

Вы напрасно считаете, что русские бизнесмены более трусливые, чем шведские. Почему вы такие не патриоты и так презрительно относитесь к русскому купечеству и считаете их трусами? Вы странные люди, не уважающие русский народ и русский бизнес. Русские бизнесмены – это вам не кот чихнул.

Мы, безусловно, не боимся никаких проверок. У нас всегда был один принцип:  хотелось спать спокойно. Мы никогда не занимались ничем таким, чтобы думать по ночам: а вдруг фининспекция нагрянет, вдруг милиционер придет.








Lentainform