16+

Глава Фонда помощи хосписам – о том, почему показательный приговор врачу Мисюриной парализует всю медицину

29/01/2018

Глава Фонда помощи хосписам  – о том, почему показательный приговор врачу Мисюриной парализует всю медицину

Врача Елену Мисюрину (на фото) приговорили к двум годам тюрьмы. Причиной тому стала смерть пациента, которая, согласно вердикту, произошла из-за ошибки, допущенной медиком при простой процедуре.


В 13-м году Мисюрина сделала пациенту биопсию. А спустя четыре дня он скончался в другой больнице. И это при том, что Елена Мисюрина — известный врач-гематолог в Москве. Она в 14-м году возглавила гематологическую службу в московской городской клинической больнице № 52. А также работала в частном диагностическом центре.
 
У скончавшегося пациента было несколько серьезных заболеваний: рак предстательной железы, несахарный диабет и прогрессирующий миелофиброз. Мужчине нужно было сделать трепанобиопсию — это биопсия костного мозга в области таза (подвздошной кости), она делается с помощью специальной иглы. За время своей практики Мисюрина сделала больше восьми тысяч подобных процедур.
 
А уже вечером ему стало плохо и его увезли по «скорой» с подозрением на острый аппендицит, но почему-то не стали делать операцию. В результате пациент скончался из-за потери крови. 
 
На проверку этих сведений ушел почти год; 23 января 2015-го Следственный комитет возбудил против Мисюриной уголовное дело по статье о причинении смерти по неосторожности. Именно по этой статье в России чаще всего судят врачей — за ошибки, которые повлекли смерть пациента. Однако затем дело переквалифицировали на статью «Оказание услуг, не отвечающих требованиям безопасности». Эта статья, говорит адвокат Зайцева, подразумевает, что у Мисюриной был умысел на якобы неверно сделанную биопсию. «Какие мотивы могли быть у Елены, следствие не поясняло», — говорит в интервью «Медузе» Зайцева.
 
Директор в Московский многопрофильный центр паллиативной помощи ДЗМ Нюта Федермессер пишет об этом деле как о новом «деле врачей» и добавляет, что ничего хорошего такие показательные процессы, которых становится все больше, российской медицине не принесут.
 
«Для тех людей в России, для которых нет ничего в жизни важнее, чем Дело, которым они горят, электоральный цикл – это, как ни крути, окно возможностей: можно действовать быстро и продвигать свои идеи, потому что протащить все в предвыборной повестке проще. Политики более сговорчивы и массу важных, идущих на пользу Делу, вещей можно согласовать, во многом убедить. Да и вообще, я ненавижу ханжество и считаю, что если уж даёт Бог возможности, их надо использовать, а не упираться, чтобы локти себе потом не кусать. Но есть у нас и другая модель поведения: сидеть тихо, как бы чего не вышло, глаз от сукна не отрывать, выжидать, решений не принимать – потому что если ошибёшься, то жопа. Большинство чиновников выбирают второй путь. Не знаю, почему, они вроде и так в жопе. Чего бояться-то? 
 
Но вот интересно, какой тактики придерживалась судья, которая вынесла приговор невиновному врачу. Тактики отрицания и разрушения? А она смелая или дура? Или подневольная несчастная баба, Бастрыкин приказал – и она под козырёк??? Ну ведь нет ничего глупее, чем новое "дело врачей"… 
 
Я могу злобно пошутить, что эта история мне вполне на руку, потому что подобное решение неизбежно приведёт к развитию и росту потребности в паллиативной помощи. По сути, никакой другой медицины и не останется вовсе – только паллиативная. Правда, в нашу сферу врачи идти не хотят, особенно после дела Хориняк – у нас наркотики, за них тоже сажают… 
 
Даже не знаю, что и думать…
 
Ведь нет большей глупости, чем рубить сук на котором сидишь! Врачи ведь тоже голосуют, а с врачами и за врачей голосуют и пациенты, то есть вот прямо все 146 миллионов… 
 
Нет, пожалуй, она смелая... Или все-таки дура... 
 
В свое время «дело трансплантологов» отбросило российскую трансплантологию на 20 лет назад. «Дело Хориняк», хоть и выигранное, длилось больше трех лет, и я не знаю ни одного медика, который хотел бы повторить этот победоносный путь. И до сих пор вся эта история аукается, отпугивает медиков от паллиативной помощи, где работа с наркотиками неизбежна, а значит – лишает нас рук, умов, сердец хороших специалистов.
 
«Дело Мисюриной» грозит обездвижить и парализовать всех без исключения врачей на годы вперед. Вспоминается профессор Преображенский: "Ключи могу передать Швондеру. Пусть он оперирует".
 
Все же судья не смелая, она – дура. Ну или раздобыла где-то пилюлю бессмертия. 
 
Но я, честно говоря, больше думаю не про неё, а про десятки тысяч врачей по всей стране. Я знаю, что каждый дельный врач сегодня, вот именно сейчас, перекатывает в голове своей эту историю. Передумывает, зависает над решением и последствиями. Для себя и для всей системы. Представляет себя на месте Елены Мисюриной: вышел утром из дома, пришёл по работе в суд. Ну что, бывает, такая работа… А из суда не вышел!
 
В назидание другим сел на два года. Но вот мне совершенно неясно, а что назидается?!
 
А назидается вот тот самый трусливый выжидательный второй путь. Когда ты не принимаешь решение, никакое, чтобы место не потерять. А то, что жизнь человеческая на кону, ну что ж… судьба.
 
Я привыкла, особенно в последние два года, частенько слышать в свой адрес снисходительное «ну, вы же не врач». Я, к сожалению, много вижу врачей, которые, надев униформу – белый халат и фонендоскоп – автоматически надевают высокомерие, и их главным профессиональным качеством становится чувство собственной исключительности. 
 
Но, начиная с ареста Елены Мисюриной, я захотела стать частью этого сообщества. И не потому, что я всегда стремлюсь быть на стороне слабого – как и в спорте, я болею всегда за тех, кто проигрывает – а потому, что я впервые почувствовала во врачебной среде невероятное единение. Во всех учреждениях на утренних конференциях обсуждали произошедшее. Цитата Преображенского про Швондера звучала и в мэрии, и в ординаторских. На еженедельном пятничном собрании главных врачей глава Депздрава Алексей Хрипун сказал, что будет бороться и защищать врача в рамках судебного разбирательства. А вице-мэр Леонид Печатников был не в состоянии обсуждать паллиативную помощь, так как голова была занята «делом Мисюриной». 
 
Я надеюсь, что все в стране – от санитарки до президента – понимают, что судья и не дура даже, а опасная диверсантка. И еще надеюсь, что очень скоро Елена Мисюрина поедет отдыхать к морю, чтобы забыть ад, из которого мы все должны помочь ей выбраться. Срочно!».  
 
Фото: facebook.com










Lentainform